— А как мы узнаем, куда он там пошёл?
— Я думаю, что он не знает, что это тупик. Удрал от стражника и заплутал. Дойдёт до конца и сразу обратно. Но мы потом сможем сходить туда, если он не вернётся быстро.
— Здрасьте. А вы чего тут?
— Пух, это ещё кто? И где? Нет никого рядом…
— Не знаю, по-моему, это с клёна донеслось. Голос детский и я где-то его слышал.
— А, теперь и я вспомнила. Это тот малёк, который в Тенистых аллеях живёт. Эй! Слазь!
— Зачем?
— За деньгами. Ты видел тут мужик прошёл недавно?
— Курильщик? Видел.
— Какой такой курильщик?
— Тут заведение есть. «Дым отечества». Там все курят. Кальян.
— Наркоши?
— Чего?
— Блин. Пух?
— Мальчик, ты не знаешь, что именно там курят, долго ли это продолжается и законно ли это?
— Стража знает. Я самому Андрону доложил, когда он подозрительный дом мага возле нашего с дедой дома проверял. Что курят не знаю, там много чего с востока привозят. Владелец Гурам, он из степняков. Год назад здесь осел и заведение открыл. Сидят клиенты у него чаще всего подолгу, но иногда быстро. Не угадаешь. Я деду жду. Он сюда за какой-то травой ходит. Она ему помогает…
— Он у тебя что, болен?
— Нет. Это для книг. Деда книги продаёт очень древние. А дым от той травы, не помню, как называется, книгам на пользу.
— А на дерево зачем залез?
— Интересно. В окна второго этажа видно, как они там все дым пускают.
— О как. Пух. Подсади!
Лизка мигом, с помощью едва успевшего подставить руки Пуха, забралась на дерево и исчезла в кроне.
— Вот ты где. Малёк, не путайся под ногами. Как тут лучше в окна заглянуть?
— Сюда надо.
— Меня эта ветка не выдержит.
— Толстуха!
— Что? Вот Элли скажу, обалдеет.
— Это кто такая? Ой, деда уже выходит. Всё. Ты тут сама, а мне пора.
Паренёк исчез внизу, а Лизка уже сама, методом проб и ошибок, нашла ветку, лёжа на которой ей был виден приличных размеров зал, разделённый ширмами в китайском духе. Или в японском? Культурой востока она никогда не интересовалась, иначе бы узнала типичное китайское заведение для курильщиков опиума, одно из тех, которые сто лет назад директивно насаждались англичанами в проигравшем опиумные войны Китае.
От окончательной гибели древнюю страну спас, как ни странно, один грузин. Но это другая история. Лизка никакими историями не интересовалась. Кроме тех, которые происходили именно с ней. А происходило их немало и нужно признать, что времени свободного у неё не было совсем.
Лёжа на ветке, она наблюдала за тем, как вошедшего в зал Иванова провёл сухонький старичок с седой бородёнкой к угловому столику, закрытому с двух сторон ширмами. Он поставил на стол принесённый с собой кальян поклонился и оставил клиента в одиночестве. Почти в одиночестве. Лизка была метрах в трех от Иванова и разделяло их только окно и несколько веток клёна.