Объяснял Элайя, он вообще являл собой очень образованную личность, часто рассказывая такие вещи, которые я не знал. Пробелы в моем системном образовании тут тоже, конечно, играли определенную роль. Ответ был поразительно тупой.

— Двадцать Третий Легион не отступает. Коды, разрешающие переход с планеты, знает только Генерал. Не надейся, Кот. Мы уйдем отсюда героями, через портальную арку стационара, а не трусами.

Пафосные ебазавры. И чем вы лучше дебилов из Девятого?

Если противник перекрыл два стационарных портала, то и столица, скорее всего, тоже заблокирована. Мы отсыпались, чистили оружие и доспехи, говорили о мелочах, что нам интересны.

Я больше слушал, узнавая новые подробности о жизни других рас в Системе. Заодно перебирал скромные трофеи, что снял с врагов, я как-то не особо этим заморочался, более отвлекаясь на само сражение, и оказался не прав. У Тогаса и Тако добычи было больше, по пять сумок взял каждый. Когда только успели столько намародерить, у меня даже сложилось такое чувство, что сражался там только я, пока остальные хапали добычу. Трофеями, естественно никто не делился, и распределить поровну не собирался, что взято с поля боя бойцом, то его по праву. Но и такой результат был неплох, хотя я все-таки надеялся найти ездового юнита — увы, ни у кого ездовых не оказалось.

— Скорее всего ездовые выдаются централизованно. — предположил Тако, разочарованно пожимая плечами. — Жаль не завалили мы того, кто этим занимается. Вот сейчас я бы отплясывал на радостях. Там и касса могла быть. — он облизнулся, будто вспомнив что-то вкусное. — Легионскую кассу я бы взял. У нас был такой случай один раз. Правда там местная валюта была, несколько тонн золота.

Война, в самый замес которой я попал, не была ожидаема, особенно с этой стороны. У местного хозяина сектора Блистательного Якса были налажены хорошие отношения со многими богами других Сущностей. Пусть это и не поощрялось особенно. Но в политике и торговле правил нет. Система была сильнее, чем соседи, и мирная инициатива ими оценивалась гораздо более выгоднее, чем агрессивная политика.

Тогас, сначала не спешивший делиться информацией от командования, постепенно смягчился, и понемногу рассказывал, что творится на планете. Для кого-то было в диковинку слушать сводки о событиях что нас окружают, а у меня было чувство, будто я снова попал на тот корабль, когда мы плыли после поражения возле Таала, и возмущенная Сати зачитывала нам письма о происходящих сражениях на планете. Всё это повторялось, только на этот раз я был не зрителем со стороны, а непосредственным участником событий.