Самое забавное было видеть, что многие одетые по-граждански. Мирные, назовём их так, были вооружены копьями, кстати, такими же как моё, и на головах виднелись точно такие же шлемы, как под копирку, даже ржавые пятна были на тех же местах. Партия разума, блин, но смотрится порой забавно.

Вот стоит потерянный парень в огромных тапочках-собаках с большими ушами, широченных домашних штанах и футболке «Металлики», с копьём в руке и шлеме, из-под которого вылезала роскошная грива. Настоящий викинг! А вот дама, уже в возрасте, простенькая домашняя одежда с танцующими розовыми пони, всё в едином стиле, и тут же оружие и шлем поверх начавших уже седеть волос, заплетённых в узел. Валькирия же, не иначе! Рассматривая таких разных людей, поворотом судьбы оказавшихся в этом месте, мне хотелось истерично хохотать.

Система, ты идиотка? Ты реально рандомно выбираешь всех, не учитывая ничего? Хорошо детей и стариков не было видно, или каких-нибудь лежачих больных. Всё-таки какие-то параметры подбора должны же быть более чёткими, зачем так жестить-то! Отбирай ты мужиков от двадцати до сорока, нас на планете миллионы, всех-то зачем так грести. Писец просто. Отдельно выделялись стоящие рядом безоружные люди. Пацифисты, что ли, или настолько оторванные от реальности, что не смогли поверить в то, что происходит? Я вот как-то сразу поверил, что дальше будет по-другому. Вспомнив тот ужас, что я ощущал в тексте, по спине побежали противные мурашки.

Ещё серьёзной проблемой оказалась проблема коммуникации, выяснилось, что все мы говорим на своих языках, все из разных стран, из-за чего гомон местами стоял такой, аж по ушам било. Рядом истерично по-французски орал парень в халате и тапочках, безоружный, — Система его, походу, с отдыха сдёрнула. Француз в ярости грозил пальцем потолку и, видимо, кому—то жаловался. А я почему-то думал, что сразу дадут какой-то универсальный язык, как иначе тут общаться, как кричать французу, чтобы он что-то сделал? В общем, это было то ещё столпотворение времён Вавилонской башни или Великой армии Наполеона, о двунадесяти языках.

Среди толпы немного выделялась группа в два десятка парней и девчонок, одетых в кольчуги и кирасы, они сразу собрались вместе, скорее всего были знакомы еще на Земле, и решение рискнуть и стать добровольцами приняли сообща. Видимо ролевики или косплейщики, вот им реально повезло, а вдруг это был бы шутер?

Что делать дальше, и что вообще происходит, не понимали пока многие. Но вдруг, где—то метрах в двадцати от меня, раздался зычный голос, кричащий что—то на английском, здоровенный мужик в камуфляже, поднял своё копьё, и криком и жестами пытался собрать всех в одну кучу, рядом начали также кучковаться похожие типы, по которым сразу было видно, что добровольцы.