С парнем в очках — его, кстати, Женя зовут — мы, синхронно кивнув, продолжили работать в паре. Женька был очень шустрым, у меня даже создавалось впечатление, что копьём он владеть умел, и даже неплохо, особенно с моего нубского взгляда. Я могу им бить, колоть, стараясь попасть в нужное место, и то это не всегда удаётся сделать нормально, координация страдала. Копьё казалось слишком длинным, тяжеловатым, одной рукой им не поработаешь, и так наконечник ходит в разные стороны. На этом умение боя с копьём у меня исчерпывалось. А парень показывал разные финты, то нанося удары сверху, то снизу, и всегда чётко, короткими движениями. Так что напарник мне достался что надо. И дальше круговерть боя закрутила так, что на ближайший час я потерял контроль над всем полем и увлечённо занимался только охотой на кроков, бегом вокруг и выманиванием жадных голодных одиночек. Я колол, отпрыгивал, снова колол, один раз даже рубил, как топором. Сразу скажу, это было идиотское решение, сильно отбившее мне руку, так как удар получился чуть ли не плашмя, слишком торопился, но иначе я не успевал отвлечь от напарника разъярённое животное, получившее в жопу жестокий укол и собирающееся отгрызть сделавшему это его лихую голову!
Получил здоровенный синяк на пол-бока от удара головой зверюги, чудом не попав ему в пасть. Меня всего залило серой кровью и слизью, и я с трудом уже удерживал скользкое копьё, когда на моём участке все монстры были уничтожены, и я, просто упав на чистый песок, пытался отдышаться и стереть песком кровь с ладоней, так как они скользили по копью и было неудобно им работать. Рядом, опёршись на копьё, отхаркивался, тяжело дыша, Женька, которому повезло — на нём не было ни царапинки.
— Жек, что там вообще происходит-то, сидя не вижу.
— Да нормас вроде, почти забили всех. Чёт я охренел немного от такого темпа.
— И не говори, братан, ща бы покурить.
Дальше мы молча сидели и отдыхали, ожидая, когда закончится добивание этих крокозябров.
Часть стаи, как я понял, сбившись в плотную группу, умудрилась поймать и загнать в ловушку несколько десятков безоружных людей и всю её сожрала. Тварей там было под три сотни. Ну а пока они отвлеклись на мирных и занимались пожиранием беззащитных людей, оставшиеся боевые группы забили всех остальных монстров. Площадка была большая и можно было себе позволить долго растягивать стаю, и затем, вернувшись к месту бойни, раздёргали остатки и стали добивать последних гадов.
Среди зверей выделялся здоровенный крокозябр, бронированный, что ли, так как его чешуя подозрительно блестела, как будто была металлическая. Люди, прыгающие вокруг и пытающиеся завалить этого монстра, фактически его не пробивали, нанося небольшие ранки, чем скорее бесили зверя. Был бы он пошустрее, такая охота точно закончилась бы для кого-нибудь из наших плачевно. Тогда на поле боя показался и наш Вождь. Пересёкшись взглядами с крокозябром, он дождался, когда тот сделает рывок к нему, сделал шаг вперёд и чуть в сторону и с одного удара отрубил тому зверю его кусачую пасть. Вот это монстр! Это я про нашего Вождя, если что, силён мужик, силён.