Придумали следующее: мы действуем по старинке, парами, тройками, как привыкли и как удобно, только теперь будем работать не сами по себе, а как загонщики. Встретили стаю, начали раздёргивать, но при этом вести её надо на наш отряд, что стоит в центре, они будут принимать общую массу и сдерживать, а мы с боков отщипывать по одному, паре и выбивать всех. Дальше сгоняем стаю в одну общую кучу, чтобы она не окружила строй, а била максимум с двух-трёх сторон, когда стая сосредоточится на них и, если им не хватит силы удержаться, они рвут когти в один из углов, дают бой там, затем также отрываются по стене к другому углу, а мы продолжаем кружить вокруг, расщепляя стаю и выбивая одиночек. Расклад понятен? Стая должна не отвлекаться от нашего большого отряда! Тогда кто согласен, идём к центру площади, остальные как хотите, вы свободные охотники, — продолжил объяснять план следующего боя командир.

— Шилтрон это, — сказал Женька.

— Чего?

— Строй такой. Я занимался исторической реконструкцией, — пояснил он. — Типа строй против конницы, только там копья подлиннее и народа побольше, а так да, эффективная штука.

— А мирняк? — спросил один, хромающий на ногу, парень.

— К чёрту мирняк, задачи у нас нет их защищать, сами виноваты. Детей было бы жалко, а пацифистов — нет, кого сможем защитить, того защитим, кого нет — ну, не судьба. Да и осталось этих пацифистов десятка два, все уже переобулись, жить-то хочется, а вот раненых много. Они будут в центре, мы никого не бросим, мы люди или кто. Да, бойцы, кто ранен тут из наших и бегать не может, парни, дуйте к основным, вас там пристроят. — И Андрей пошёл к собирающейся большой группе в центре.

Мы, так же неторопливо обходя трупы, двинулись следом, к центру площади, где, уже вовсю ругаясь на нескольких языках, командиры объясняли, как правильно строиться и держать линию при атаке монстров.

— Вообще, потери не такие уж и большие, — заметил Женька, переступая хвост буквально распотрошённого крокодила, но досказать он ничего не успел, так как, споткнувшись об этот же хвост, вперился взглядом в лежащего рядом другого монстра.

— О! Смотри, какая хрень! — И он показал кончиком копья в вскрытую грудную клетку перевёрнутого монстра. Я брезгливо присмотрелся и увидел в районе сердца яркую, алмазного цвета, горошину, буквально выдавленную на поверхность.

— Это случаем не лут какой, народ? — Присоединившийся к нам Андрей оторвал горошину и сжал её в пальцах, обнюхав и чуть ли не облизав. — А чё, твёрдая, надеюсь, жрать её не надо. Расскажу всем в центре сейчас, посмотрим, может быть, можно будет притащить эти штуки в наш мир, или Система подскажет, что это такое. Вдруг реально надо собирать с монстров такую херню? Лови — твоё. — Он вернул добычу моему напарнику, который, довольно лыбясь, прежде чем засунуть горошину в карман с клапаном, показал всем остальным свою удачу.