Пролог
Легкое весеннее солнце греет кожу, играя солнечными зайчиками. Я любуюсь на зачарованный лес. Фиолетовые, розовые, оранжевые листья причудливо отбрасывают тень на сочную зеленую траву.
— Милый, посмотри, что делает Алисия? — слышу голос жены.
Поднимаю голову и любуюсь на свою девочку. Она рыбкой ныряет в озеро, образовавшееся под живописным водопадом. Жена говорит, что влюбилась в это место, когда впервые увидела изображение этого места на картине.
Я влюбился, когда мне его показала жена. Я бы влюбился в любое место, потому, что находится рядом с ней это счастье. Как я раньше мог от этого бежать? Глупец! Глупый мальчишка!
— Алисия, доченька, не балуйся, мама волнуется,— зову дочь, когда ее макушка выглядывает из воды. Жена называет ее Мальвина, говорит, у нее в мире есть такой сказочный персонаж с голубыми волосами.
-Хорошо папочка,— и эта баловница снова ныряет, проплывая под водой большую часть озера.
— Милый, ну я же просила,— слышу укоризненный голос жены, и она в развалку подходит ко мне.
Ее фигура округлилась, живот очень хорошо виден. Ну, и правильно двойня все же. Я поднимаюсь и делаю пару шагов к жене.
— Милая, не волнуйся, вода это самая безопасная стихия для нашей дочери,— стараюсь успокоить я жену.
Она поглаживает живот, и я тоже опускаю руку на него. В этот самый момент я чувствую ощутимый пинок в мою руку. Эти пузожители, решили потолкаться.
Жена охает от неожиданности и смотрит на меня.
— Ты тоже это почувствовал?— шокировано спрашивает она.
— Да, карапузы толкаются,— отзываюсь я.
Я обнимаю улыбающуюся жену, и целую. Столько лет уже вместе, а любовь становится только сильнее.
После обряда
Я постепенно приходу в себя. Скорее всего, я очнулась от холода. Голая лежу на земле. Секунду, пытаюсь прийти в себя и вспомнить все, что было накануне.
Что-то четкими вспышками опаляет мозг, что-то размыто и я смотрю на события, будто со стороны. Ясно одно, меня похитил Ворон, прям из храма, сразу же после обряда. Унес в лапах. И как ему это только удалось? Но вспомнив, какого размера, была птичка удивление проходит. Птеродактиль чертов.
Вспышка воспоминаний и я снова вижу умирающего Дориана, и не прошенные слезы, сами льются из глаз. Это недомаг убил моего мужа. Сажусь на попу и, прижав к груди колени, обнимаю себя.
Боль в сердце нестерпима. Я не думала, что так привязалась к Дориану, да и при чем здесь привязалась? Это обычное человеческое сострадание. Пытаюсь убедить себя.
Нет, это не сострадание, от него не выворачивает наизнанку, не хочется вырвать себе сердце живьем. В конце-то концов, не хочется убивать своих врагов. А я готова была именно убивать, голыми руками, а если понадобиться вгрызаться в горло зубами и рвать плоть, пока он не испустит последний вздох.