— Раздевайся,— командует он, а я паникую. Если он сейчас нанесет рисунки на тело, то все, пути назад уже не будет. Надо решаться на побег, сейчас или никогда.
Вторая ипостась Марианны.
Я делаю смиренное лицо, и тихонечко сползаю с камня. Пячусь в сторону выхода, делая вид, что собираюсь избавиться от одежды. Кровь достигает точки кипения. Меня не просто трясет, тремор такой сильный, что я просто не могу себя контролировать. Тело живет само по себе, своей жизнью.
Обращаю внимание, что мое состояние привлекает внимание мужчин. Они пытаются подойти ко мне, но свечение, исходящее от меня создает вокруг меня купол. Я в нем под надежной защитой, из раны на руке вырывается магия. Чувствую это, и знаю, что эти разноцветные потоки это и есть магия моих мужей, а черная нить, это магия Ворона.
Опускаюсь на колени. Не могу удержаться на ногах, силы покидают меня.
— Хватай ее,— кричит Ворон, обращаясь к Оракулу. Он идет в мою сторону. Что они задумали? Вижу блеск лезвия кинжала. В одной руке у Оракула чаша с кровью, в том числе и моей, в другой кинжал. Он опускает лезвие в кровь, и пока она не успела стечь с клинка, он проводит лезвием по кокону. Лезвие разрезает его как теплое масло. Но не успевает мужчина шагнуть ко мне, как вижу движение боковым зрением. Стремительная тень словно молния пронеслась и повалила Оракула навзничь, прижав лопатками к полу.
На Оракуле стоял Даниэль в обличье снежного кота. Котопринц рычал и выбил из рук мужчины чашу с кровью. Схватил зубами руку с кинжалом и начал трясти головой из стороны в сторону. Оракул орал от боли и судорожно размахивал свободной рукой. Я так обрадовалась котику, значит и мужья здесь. Но кроме Даниэля больше никто не спешил к нам в храм. Или не значит? Может Даниэль кинулся самостоятельно меня спасать, не теряя время на путешествие у мужьям? Не успеваю развить свои теории и предположить еще что-то, как замечаю, что Ворон пришел в себя от эпичного появления Даниэля. Он, отступил на шаг от орущего Оракула и треплющего его принца,снова, что-то шепчет. У него в руках начал скапливаться сгусток тьмы.
— Даниэль, берегись, успеваю крикнуть я принцу. Он успевает отбросить безвольно болтающуюся руку Оракула и, ощерившись отскочить ко мне, как в него летит сгусток тьмы. Ворон промазал, а Даниэль не дает ему собрать силы к повторной атаке, прыгает на него, так же повалив на пол храма. Даниэль возвышается над Вороном, из его пасти капает слюна вперемешку с кровью Оракула и он рычит. Ворон замер и не шевелиться, сейчас у них идет битва взглядами. Не знаю, что пытается провернуть Ворон, но у него это не получается.