В общем, её Лантана не боялась. Будет строить козни — она намекнёт старушенции, что навестит её приёмных сыновей и попросит их открыть правду. Не за бесплатно, конечно. И тогда будет огромный скандал, который навсегда испортит её деловую репутацию и доведёт до нищеты.

Так что нет, госпожи Ожинской Лантана не боялась.

— Госпожа Гавриленко, прошу, дайте мне ответ.

Кажется, она думала слишком долго. Марсель с трудом сидел на месте.

Но ещё не всё.

— Минутку.

Теперь последний вопрос. Брать его к себе… нет, сейчас у неё нет на это времени. Значит, нужно организовать ему мастерскую и договориться о продаже его артефактов под своим именем. Она получит процент, Марсель — возможность работать и защиту от ложных обвинений. Если кто-то посмеет назвать её артефакт опасным, она подаст в суд, а местные суды, как ни прискорбно это признавать, обычно защищают правоту того, кто больше заплатил. Чего-чего, а денег Лантане никогда жаль не было.

Значит, так и поступим.

— Я согласна взять вас в компаньоны на следующих условиях…

Марсель выслушал её предложение чуть ли не со слезами на глазах. Конечно, он сразу же согласился, ведь оно было куда более щедрым, чем он рассчитывал. У компаньона и работника на окладе совсем разные доходы.

Лантана попросила его зайти ближе к вечеру, чтобы она смогла подготовить мастерскую и договор посредничества, и уверила, что всё будет хорошо. И намекнула, что обо всём этом лучше не распространяться во избежание ответных действий госпожи Ожинской. Пусть думает, что Марсель уполз в нору зализывать раны и вот-вот явится к ней на поклон. А когда они выложат карты и пустят в продажу первую партию артефактов, все сами узнают об их сотрудничестве.

Марсель был так счастлив, что никак не мог остановиться и прекратить её благодарить. Когда открылась дверь гостиной и служанка посторонилась, чтобы выпустить гостя, тот, уходя, каждые несколько секунд оборачивался.

— Спасибо, спасибо, госпожа Гавриленко! Я сделаю всё! Вы не пожалеете!

Лантана через силу улыбалась. А потом вспомнила, что вела себя практически так же нервно и несдержанно, когда в магазинчике семьи Никифоренко у неё взяли первые артефакты, и сказала:

— Всё будет хорошо, Марсель, вот увидите.

Он поклонился и ушёл. А Лантана обернулась и увидела в глубине коридора Дарека. Тот стоял и внимательно смотрел, то на неё, то на удаляющегося Марселя. С интересом таким смотрел, будто пытался понять, что их связывает.

А может, думал, не опасный ли это посетитель? Кто его знает, как он собирается защищать Лантану.

Она ничего не сказала, а просто ушла к себе в кабинет. В голове уже вертелись организационные вопросы, которые нужно срочно решать. Первый — где оборудовать Марселю мастерскую. Лучше всего это сделать где-нибудь неподалёку. Ей нужна возможность посещать мастерскую в любое время. Второй — договор. Пусть иногда слово важнее бумажки, но и бумажки лучше держать в порядке.