Застыл, просчитывая варианты.
С одной стороны, нельзя светить огнестрел в логове недружественного клана. Даже с распадающимися каббалистическими пулями.
А с другой…
Тектоническое оружие — оно ведь тоже вне закона. Поражение не просто массовое, а очень массовое. Ещё вопрос, от чего больше жертв. Вот я и сомневаюсь, что господа Волконские, а они тут явно приложили руку, будут вызывать инквизиторов и вести официальное расследование.
На моих губах появилась кривая ухмылка.
Пальцы потянулись к кобуре.
Глава 32
Если когда-нибудь решу покончить с профессией убийцы, подамся в электрики. О трансформаторных будках я уже знаю всё. Или почти всё…
Правда, на сей раз Бродяга предложил лучший вариант.
Мы переместились под землю, в подвальное коммуникационное царство. Туда, где протянулись коллекторы, водопроводные и канализационные трубы, скрытые от посторонних глаз вертикальные шахты. Я бы, наверное, мог вылезти из такой шахты, сдвинув крышку, словно черепашка-мутант. Но зачем такие сложности? Бродяга протянул башню с винтовой лестницей до уровня нижнего яруса паркинга, выбрав для высадки слепую зону с неработающей камерой. Ладно, будем откровенны: камеру залепил жвачкой Федя, материализовав на несколько минут свою проекцию. Теперь же тут прорезался дверной проём. Какая удача, ещё и лампочка перегорела…
Впрочем, я не рассчитываю на удачу.
Лампу тоже выкрутила проекция.
Оказавшись на парковке, я мысленно приказал Бродяге зарастить дверь. Бетон снова стал бетоном, а для меня путь к отступлению отрезан. Вот сейчас я надену артефактный обруч, который мешает телепатам пролезать в чужие мозги — и всё. Домоморф не сможет со мной контактировать, пока я этого не захочу.
Иллюзион временно выключен.
Сейчас я только в мимикрирующем комбинезоне. Выгляжу, как часть стены и кусочек колонны, а ещё через мои ноги протянулась косая тень. Ближайшие камеры далеко, я прикидываю охват.
Вдалеке паркуется автомобиль.
Шины тихо, почти нежно, шуршат по бетону. Глохнет мотор. Через пару минут хлопает дверца, раздаются шаги. Кто-то вызывает лифт, в шахте слышится звук спускающейся кабины.
Я жду.
С мелодичным звоном лифт останавливается, расходятся двери. В нутро паркинга вваливается компания подвыпивших мужиков в дорогих костюмах и расстёгнутых меховых пальто. Один пассажир заходит, другие выходят. Лифт едет вверх, я жду. Нетрезвые постояльцы топают мимо, один что-то бубнит про своего водителя, который уже на месте. Я слышу новый голос, подобострастный и предельно вежливый. Слуга сыплет «вашими благородиями», услужливо распахивает задние дверцы, потом влезает на переднее сиденье, заводит мотор. Вся эта суета отнимает время, но я привык действовать обстоятельно, без лишней спешки. Никаких камер, никаких свидетелей.