— Нас загоняют! — крикнул Пейн, продолжая крутить баранку так, чтобы летящие куски бетона, которыми швырялось уже трое здоровяков, не попадали по машине. Твари за последние пару минут уже пристрелялись, и это становилось по настоящему опасно. — Надо сваливать! Они отовсюду идут на звуки боя.

Он был прав. Мутантов становилось все больше, а у нас патроны не бесконечные. К тому же я заметил, что вожак не бросает в бой свой резерв — здоровяков. Они стоят позади, направляя его своими телами. Умная тварь, черт ее дери.

В этот момент произошло сразу два события. Во первых, в пикап все таки попал булыган, разнеся ему лобовое стекло. Пейн заорал, острый арматурный прут пропорол ему левое предплечье. И в тот же момент Медведь выкрикнул «бойся», поднимаясь над крышей пикапа с уже готовой к стрельбе трубой «Шмеля», нацеленного на вход в торговый центр.

К сожалению, из–за попадания камня машина дернулась, и драгоценный термобарический боеприпас не попал туда, куда должен был. Снаряд влепился во вторую, еще целую колонну и полыхнул ярким огнем, мигом выжигая все вокруг себя и окончательно обрушивая вход.

Мы начали планомерное отступление. Медведь, сменивший Макса на пулемете пикапа, и Леха поливали мутантов огнем, не жалея боеприпасов. Из окон тоже работали вновь взявший в руки вместо «Сайги» АКМ Серега и Анька. Ольга, для которой все это было шоком, просто скукожилась на заднем сидении «Икса», прикрывая голову руками.

Пикап уже развернулся, а я чуть подзастрял, пытаясь как–то крутануться между кусков бетона. Один из когтистых прорвался через заградительный огонь Лехи и прыгнул, целясь в мое все еще открытое окно. Я едва успел подставить автомат, когти впились в металл и пластик, вырывая оружие из рук.

Выстрел грянул совсем рядом, и половина головы мутанта просто исчезла. Серега молча кивнул мне, и я ответил ему тем же самым. Вот же черт, а…еще бы пара сантиметров. Но времени на рефлексию пока что нет.

Мы наконец развернулись, и две машины, быстро набирая ход, устремились в обратную сторону от места засады.

Мертвяки, кстати, почти что сразу потеряли к нам весь интерес, занявшись куда более приятным делом — пожиранием целой кучи ценного мяса, оставшегося лежать на асфальте.

Отъехав на километр, наверное, от места боя, мы встали посреди относительно чистого участка улицы, просматриваемого метров на триста во все стороны.

— Всё нормально? Есть раненные? — спросил я, высунувшись из машины.

Все были целы, только у Пейна по руке тянулась глубоченная рана от арматуры, распоровшей ему мясо до кости.