— Как пожелаешь, — ответил Волдхард и похлопал новоиспеченного эрцканцлера по плечу. — Поздравляю, эрцканцлер. А теперь отведи меня к Ириталь.

* * *

Брат Аристид неусыпно бдел подле изголовья кровати посла. Длинные засаленные волосы монаха были гладко зачесаны назад и убраны в хвост, а подол некогда белой жреческой рясы измазался в дворовой грязи. Одной рукой божий человек перебирал нанизанные на длинную нить металлические бусины, а в другой держал раскрытую книгу. Увидев вошедших, монах оторвался от молитвы и приветливо улыбнулся.

— Позвольте представить вашей светлости брата Аристида, спасшего посла Латандаля от смерти, — торжественно произнес Альдор.

Монах отложил книгу и поднялся навстречу герцогу.

— Безмерно рад знакомству, — поклонился он. — Да благословит вас Хранитель.

Герцог осмотрелся и, на миг остановив взгляд на разметавшихся по подушке золотых волосах возлюбленной, обратился к Аристиду:

— У меня не найдется слов, чтобы выразить благодарность. Если я чем-то могу помочь, вам стоит лишь попросить. Золото, подношение в храм, который вы укажете…

— Уже много лет я живу, следуя Пути бедности, ваша светлость, — брат церкви притронулся к медальону в виде серебряного диска. — Ничто не способно обрадовать меня сильнее возможности помогать страждущим, ибо так завещал Гилленай. Позвольте мне находиться рядом с этой женщиной: ее жизни более ничто не угрожает, однако мне будет спокойнее, если я смогу присматривать за ней.

— Разумеется, — кивнул Грегор. — И все же я чувствую себя обязанным.

— Тогда вознесите хвалу Хранителю и помолитесь от всей души. Мне же не нужно ничего. Творить добрые дела бескорыстно — вот один из шагов Пути, которому все мы должны следовать, — монах развел руки в стороны, и металлические шарики четок тихо стукнулись друг о друга.

Грегор перевел взгляд на спящую Ириталь.

— Скоро ли посол придет в себя?

Брат Аристид неопределенно пожал плечами.

— Сложно сказать. Быть может завтра, быть может через несколько дней. Полное выздоровление возможно лишь в состоянии абсолютного покоя, но этот момент неминуемо приближается. Дыхание ее превосходительства ровное, сердцебиение умеренное, начинает возвращаться румянец. Милостью Хранителя она вернется к нам.

— Хочется верить, — тихо проговорил Альдор.

Брат церкви прикрыл глаза и снова взялся за книгу:

— Время послеобеденной молитвы. Я помолюсь за здоровье вашей светлости.

* * *

Альдор отрешенно наблюдал за Грегором, медленно погружавшим перепачканные кровью узников руки в таз. Поднявшийся пар окутал лицо товарища, один рукав рубахи Волдхарда раскатался, и герцог раздраженно приладил его обратно. Барону же хотелось не просто умыться, но с головой залезть в чан с кипятком и тереть себя до волдырей, лишь бы избавиться от липкого и грязного отвращения к самому себе. Плетение интриг, работа с ядами, пытки… Они едва притронулись к настоящей политике, но Альдора уже выворачивало от нее наизнанку. Было очевидно, что молодой Волдхард так и не смог подготовиться к свалившимся на него последствиям.