Арина – за его сына Бьёрна. Авилов, глядя на это, закатывает глаза и уходит на кухню. В итоге Арина выносит вердикт, что я классная и она рада, что я теперь есть у ее отца…– Ты же не против, если я все организую? – с надеждой в голосе спрашивает девочка и складывает руки на груди в просительном жесте.– Нет, конечно…***На следующий день мы с Глебом после работы сразу едем к матери Глеба. Арина с моей тётушкой уже там, меня даже немного пугает та стремительность, с которой развивается моя жизнь. Хоть Глеб и уверяет, что тетка и его мать найдут общий язык, я все равно переживаю.– Как ты себя чувствуешь? – спрашивает Глеб, помогая выйти мне из машины.Фигово, хочется ответить мне. С утра у меня был приступ токсикоза, днём на работе напала хандра. И как вишенка на торте – стала свидетелем мерзкого разговора Лады с одной из сотрудниц. Конечно, обсуждали меня и "москвича". Не знаю, как я ещё сдержалась, чтобы не схватить дырокол и не запульнуть в этих мегер.Но ничего из этого я не говорю, улыбаюсь Глебу.– Все хорошо, пошли.Мы поднимаемся на нужный нам этаж, в этот раз мама Авилова не встречает нас как Рэмбо на пенсии. Она открывает дверь и сразу же кидается обниматься. Причем порцию обнимашек сначала получаю я, а только потом родной сын.– Давайте, проходите уже, – ворчит Галина Александровна.Мы заходим в гостиную, и в этот момент раздается взрыв. У меня едва душа не уходит в пятки, пока я стою, стиснув зубы, с ног до головы покрытая разноцветными конфетти. Арина держит в руках хлопушку и улыбается невинной улыбкой.Вся комната украшена шарами и цветами, на столе стоит огромный торт. Моя тетя выходит из кухни и подходит к Галине Александровне. Женщины о чем-то шушукаются, обнявшись. И я понимаю, что зря переживала. Видно, что они отлично спелись.– Пришло время узнать, какого пузожителя ты носишь у себя в животе!Арина протягивает мне нож, я машинально беру его, сдувая с лица конфетти, что лезет в глаза. И тут ко мне подходит Авилов, кладет свою ладонь сверху моей и улыбается.– Давай вместе, Фея.Мы разрезаем торт, и на всеобщее обозрение открывается начинка голубого цвета. Я поворачиваюсь к Глебу, смотря на его реакцию. Слышу, как хлопает в ладоши Арина, охают и ахают тетя с матерью Глеба. Но сейчас я вижу только его… Своего мужчину.Он пристально смотрит на начинку торта, его кадык дёргается. А потом Глеб поворачивается ко мне и в его глазах столько трепета и искренней радости, что у меня едва не подкашиваются колени…– У нас будет сын, – хрипло говорит Авилов,