Последняя, четвертая группа выполняла функции командно-наблюдательного пункта и должна была координировать действия всех остальных групп. В случае необходимости держать связь с заставой и командованием ММГ. Осуществлять доклады. В ней состояли два человека — Волков и радиотелефонист Кулябов.

— Работаем спокойно и аккуратно, — сказал Муха, когда мы подогнали наши БТР к бесхозной машине. — Но и сиськи мять у нас времени нету. Так что всему взводу — выполнять поставленные задачи!

Наша группа выдвинулась не сразу. Пришлось подождать, пока Геворкадзе со своими парнями займет подходящие позиции на возвышенности, а БТРы станут в боевой порядок. Только когда все приготовления в тылу были закончены, мы пошли вверх.

Шли в среднем темпе. Мы с Пчеловеевым опередили группу метров на пятьдесят, двигались молча, соблюдая меры маскировки настолько, насколько это было возможно в каменистой местности.

Остальная группа продвигалась за нами.

Уже минут через пятнадцать подъема, когда мы забрались достаточно высоко, я услышал шум воды.

— Ручей, — сказал вдруг Пчеловеев, переводя дыхание.

— Тихо, стой, — сказал я ему, когда тот уже собрался двигаться дальше. — Торопиться не будем.

Жестом я показал остальной группе остановиться. Муха с бойцами немедленно ушли с тропы, залегли за камнями и редкими кустарниками.

— Ты чего, товарищ старший сержант? — удивился Пчеловеев, глядя то на меня, то вверх по склону.

— Торопиться не будем, — повторил я. — Видишь? Тропа заворачивает. Сойдем с нее и попробуем подойти слева.

Пчеловеев уставился на путь, который я ему предложил. Если тропа сама по себе была не самой удобной дорогой, то каменистый склон слева явно показался ему совершенно неудачным для подъема.

— Крутой, неудобно… — буркнул Пчеловеев.

— Нужно проверить, — покачал головой я, — вон тот заворот — узкое горлышко. Идеально для засады. Ты хочешь влипнуть в засаду?

Пчеловеев нахмурился. Покачал головой.

— Ну вот и я не хочу. Тогда сойдем.

Я обернулся, встретился взглядом с Мухой, который лежал за большим камнем, держа наготове автомат. Снова указал ему жестом не двигаться. Тот кивнул.

— Пойдем, — позвал я Пчеловеева.

Вместе мы сошли с тропы, принялись карабкаться по камням в обход заворота. Подъем был непродолжительным, но неудобным.

— Сторонись вон той осыпи, — сказал я следовавшему за мной Пчеловееву, когда он было попытался идти по ней, посчитав, что камни, оказавшиеся у него на пути, нельзя будет быстро преодолеть.

Пчеловеев зыркнул на меня, но спорить не стал. С некоторым трудом, но все же преодолел короткий неудобный участок.