— Дырка, Рентген, у тебя в жопе. А это техническое отверстие.

— Ой, Сиг, ну ты и хохмач, я, млять, валяюсь. Ладно, общайтесь, а я пошел на обход паствы. Кир, пошли, поможешь. Пусть начальство языки чешет.

— Помоги.

Хватаюсь за протянутую Олегом руку, сажусь на импровизированной кровати. А ничего так, удобненько. Стандартные полевые носилки водрузили на штабель из четырех армейских ящиков. Два в ряд, плюс два в высоту и два в ширину. Итог — комфортабельное ложе из восьми упаковок и матрац из носилок. Креатив, однако. Обезболивающее уже развернулось вовсю ширь, практически лишив меня удовольствия морщиться при каждом телодвижении. Мыслить и говорить стало проще.

Сигурт, Олег и Астра расселись рядом. Причем опорой седалищному нерву служило то, что первое под руку подвернулось. Сталь умостилась рядом со мной на «кровать», Вещий упал на какой-то железный куб, а Сиг отжал некий предмет, больше всего напоминающий бочонок, у пробегавшего мимо бойца. Высокий совет расселся.

— Потери? — решил я начать с наиболее неприятного вопроса.

— По технике мы лишились всех машин сопровождения и трех траков. Технари за недельку обещают собрать из раздолбанных экземпляров один удобоваримый. Слишком много возни. Время у них будет — вывозить добро отсюда долго, хабара взяли знатно — Астра попыталась съехать с темы, но я мимикой дал понять, что не повелся.

— Пятеро к ангелам, трое к хирургам. Кира и Леня-Рентген выхаживают, вроде вытянут, но нужно время.

— Понятно. Считай, половину бригады потеряли.

— Жмуры из Хоста и Истребителей. Да и те свежий набор, еще не обтертые до положенного состояния. Так что горевать по ним особенно никто не станет. Рейд штука такая. Бывшие Демоны только в тяжелых один, остальные в норме. Варяги и Шато все на ногах, хотя сильно покоцанные все поголовно.

— И что? Они не люди?

— Мрак, тут не институт благородных девиц — пустошь. Для настолько жаркого боя и жирной добычи потери вообще не серьезные — меньше десяти процентов. И это твоя заслуга как командира. Так что не кори себя.

Попытка Сигурта утешить мои терзания не сработала. Тяжело терять людей. Очень тяжело. И эта ноша останется со мной. Но раскисать нельзя. Потом, в кабаке свободного мира, уже вольным человеком буду убиваться и упиваться. А сейчас нельзя. Мало взять хабар, его еще удержать надо.

— Я в норме. По потерям принял. Как люди вообще?

— Ходят с круглыми глазами, в уме нули к личному счету добавляют. То, что доли будут небывалыми, все понимают, да только конкретную сумму посчитать не могут. Короче в норме бойцы, боевой дух бьет фонтаном. Но я бы посоветовал быстрее начать вывоз или продажу, ибо все мы люди, все мы человеки. Как бы у братвы крышки не сорвало от жадности.