— А что, прямо-таки сами в петлю лезут? — с сарказмом спросил я.

— Конечно, — улыбнулась Мэри. — А как иначе? Ведь проклятие нашего рода уничтожает только слабых. А сильному чего бояться? Да и соблазн велик…

— Какой соблазн? — фыркнул я.

— Ну как же, Дарт, — мягко проговорила Мэри. — Только не говори, что ты не знаешь…

— Не знаю что?

— То, что варги являются воплощением совершенства, — насмешливо глядя мне в глаза, заявила зверюка.

— Чего уж сразу не воплощениями божественных сущностей на земле? — съязвил я.

— Действительно не знал? — мелькнуло в глазах Мэри удивление. — А я думала, это общеизвестно…

— Хватит уже мне голову морочить, — лопнуло мое терпение.

— Было бы мне это нужно, — подпустив в голос обиды, сказала Мэри. — То, что любой варг — само совершенство, неоспоримый факт. Древний создатель воплотил в нас идеал женщины. И ни одна самая красивая и распрекрасная девушка не сравнится с варгом. Хоть она тресни.

— Думаю, любимая девушка переплюнет варга по даруемому удовольствию, — заметил я, не желая соглашаться с Мэри.

— А любимый варг? — пряча коварную улыбку, спросила Мэри.

«Видел я знаешь где такую любовь? — чуть не ляпнул я. — Не для всех загрызание до полусмерти и пытки — проявление нежных чувств».

Но вместо этого я промолчал. Как хищного зверя не переубедить в том, что есть себе подобных нехорошо и нужно питаться травой, так и варгу не доказать, что возможна какая-то иная любовь, кроме выраженной в мучениях.

— Надо немного поспать, — сказала Мэри, поняв, что разговаривать больше не о чем, и расстелила на траве войлочную подстилку, на которую и улеглась. А я последовал ее примеру.

И незаметно для себя уснул, будучи вымотанным за полтора дня скачки. Хорошо еще, успел сторожевую сеть раскинуть и защитный амулет активировать, а то так бы и валялся как бревно, каким-нибудь разбойникам на потеху.

Ранним утром сторожевая сеть вырвала меня из власти сна, и я, поднявшись, осмотрелся. Вторгшиеся в двухсотярдовый периметр сторожевой сети люди оказались всего лишь крестьянами, ехавшими на повозке в ближайщий лес. Успокоившись, я зевнул и с сожалением взглянул на подстилку. Спать хотелось неимоверно. Но придется отложить сон на более спокойные времена.

Да и Мэри уже встала и сейчас, потягиваясь со сна, наблюдала за крестьянами.

«Тоже мне совершенство, — собирая вещи, попытался я критично отнестись к красоте девушки и не коситься на нее. — Та же Ребекка выглядит ничуть не хуже. И не обещает загрызть».

Но вызвать в себе неприязнь оказалось на удивление сложно. Словно что-то случилось с моим восприятием, и Мэри стала для меня гораздо красивее, чем раньше. Или будто любовным зельем опоили…