— Рафа, почему даже в рядах самой правильной революции появляются наглые рожи?
— Так это математический закон жизни, уважаемый. Против овец каждый молодец, неужели твоя бабушка этого тебе не объяснила.
— Объясняла, конечно, но как же мне надоело убивать тех, кто хернёй мается. То либерасты призывают смириться, то писатели Толстые призывают к непротивлению злу насилием.
— А это потому что многие надеются, что всё само собой рассосётся.
От расстроенного алькальда никакой помощи нет смысла ожидать, Монтойя сам к нам присоединился с той семёркой, которую я тренировал и обкатывал. Ясно, что он тоже разозлён своим вождём и прибывшими отморозками. Кстати, поддержал мой план. Мы решили устроить вечерний налёт на таверну, где собирается весь цвет революции и их приспешники.
Конечно, это неправильно убивать пьяных человеков без предупреждений и расшаркиваний, но другого выхода из дурацкой ситуации я не видел. Не быть мне добрым мудрым гуру в этих краях, не поймут меня будущие интеллигенты и диссиденты. Блин, кого же я выращиваю? Когда стемнело, девятнадцать беспредельщиков окружили таверну…
— Сеньор Старк, нельзя было так поступать! — сердито выговаривал дон Альфонсо, — мы уже с ворами договорились.
Он не применил слово «воры» (видимо не смотрел фильм «Ликвидация»), но был заметно взволнован. Оказывается, что он договорился, что я отдам корабли, пушки, но лишь половину денег, стрелкового оружия и своих бойцов. А тут такой облом, так как те, с кем заключены договорённости, больше не дышат. Остальные, кто не был в таверне, неожиданно сдались и теперь возвращают награбленное монтерейцам.
— Капитан Монтойя, вы меня разочаровали. Я хотел выдать за вас свою дочь, но теперь презираю вас и требую покинуть город!
Героический Густаво остался жив, так как сразу, услышав выстрелы в таверне, бросился на грязный пол и изображал из себя убитого. Что делать, насильно мил не будешь. Пришлось нам с Монтойей в предверии рождества покинуть город и перебраться во Фриско. Галеон мы увели с собой, сеньор Родриго примкнул к нам. Дон Альфонсо остался править бал вместе с расколовшимся в идейном плане гарнизоном и несколькими десятками герильерос.
Глава 20
Глава двадцатая
Разрыв создал двоевластие несколько сомнительного характера, всё-таки под моей рукой совсем мало белых. Зато нормальные солдаты гарнизона (почти три десятка) присоединились к нам. Даже оружие с собой захватили, как и лошадок. Чего-то у алькальда разладилось с личным авторитетом, видимо ему не удалось удержать уровень мудрого правителя и ходячей заботы. Тут ещё и на его голову свалился очередной сюрприз, перевернувший мировосприятие.