Всё кончено. Теперь окончательно.
Перед глазами снова лицо Сэма. Синие глаза, в которых я тонула. Его улыбка – та самая, от которой у меня подгибались колени и которая свела меня с ума.
– Я вернусь, Кейт!
– Ты бросил меня, Сэм…
Слова тонут в шуме воды.
– Спас моё тело, – голос срывается, – но убил мою душу.
Горло сжимает, будто кто-то медленно затягивает петлю. Воздуха не хватает.
Я сгибаюсь, упираясь ладонями в стену.
– Сука! За что мне всё это?! – кричу я надрывно.
Кулак летит в плитку.
Раз.
Глухой удар отдаётся в запястье, но боли не чувствую – она теряется на фоне того, что внутри.
Второй удар.
Кожа на костяшках лопается. По пальцам течёт кровь, смешиваясь с водой, исчезая в сливе.
Не помогает.
Я – как бездомная собака.
Подобрали с улицы. Отмыли. Накормили. Дали имя. Пообещали дом, тепло, руки, которые не бросят.
А потом – выставили за дверь.
Как дальше жить? И главное –зачем?
Снова голос Сэма в голове:
– Живи, Кейт! Ты должна жить ради нас!
Прислоняюсь спиной к стене, съезжаю на пол, сажусь на твёрдый пол, обхватив ноги руками. Качаю головой:
– Постараюсь… – шепчу в пустоту. – Но вряд ли из этого что-то выйдет.
–Нас больше нет, Сэм. Осталась только тень от меня.
Дверь в ванную распахивается, с грохотом ударяясь о стену.
Внутрь вваливается Николас, за ним Бэн и Рик.
Несколько секунд смотрю на них отрешенным взглядом.
А они на меня – выпучив глаза.
– Твою мать… – Бэн первым приходит в себя.
Он резко разворачивается и выбегает из ванной.
Взгляд Рикардо застывает на мне. Его серые глаза под нахмуренными бровями задерживаются на мне дольше, чем нужно.
– Рик, блять, выйди, – обернувшись, зло бросает Николас.
Рик медленно кивает и разворачивается. В дверях появляется доктор Поинт. Старик окидывает меня коротким, профессиональным взглядом.
Рик пропускает его вперёд и выходит.
– Может, мне лучше голой выйти на площадь? – говорю, сидя на полу, пытаясь прикрыть все свои прелести руками и ногами. – В ванную всё население Мрок не поместится, а там все разом на меня посмотрят.
Николас, отвернувшись, громко говорит:
– Мы стучали в дверь минут десять! Что я, по-твоему, должен был подумать после твоей выходки?!
Тянусь к крану, перекрываю воду.
– Мне нужно одеться.
Доктор, слепо щурясь, задерживает взгляд на разбитых костяшках моих пальцев.
– Пойдём, док, – прокашливается Ник, разворачивает его и почти выталкивает из ванной.
Дверь, разумеется, никто не закрыл. Да и зачем – все ведь уже всё увидели. Больше скрывать нечего.
Беру полотенце, промакиваю размокшую кожу. Надеваю чистое бельё, шорты и футболку.
Подхожу к зеркалу.