Григорий же, чуть пожав плечами, только и сказал, — я ведь герой. Положение обязует.
— Ага, который совершенно не может врать, — с грустью, но вновь без толики укора, произнёс Нардар.
— Ложь, которую столь легко распознать, сложно назвать ложью, — тут же парировал Гриша. После чего, широко улыбнувшись, немного невпопад спросив то, что его действительно волновало, — ну так что, вы меня допустите к подземелью четвёртого ранга?
— Да, конечно. Но не раньше, чем вы рассмотрите подземелья третьего ранга, — в тон Григорию, ответил Нардар.
— Поймите, господин Григорий, вы очень ценный актив, который мы не можем потерять, — вновь вступил в разговор Масар.
— Тем не менее, предлагаете мне глупые и бессмысленные спарринги. Вы ведь понимаете, что мне пришлось сдерживаться? — Уже куда серьёзней произнёс Гриша, причём изрядно вложив в свой голос силу.
— Я с вами полностью согласен. И скажу даже больше, я об этом уже серьёзно пожалел. — Немного помолчав, Масар добавил, — Спасибо вам, — а затем, чуть повернувшись к Фильгасу, добавил, — хватит притворяться! Пошли ко мне в кабинет, разговор есть!
Глава 4
Дни в замке местного лорда пролетали незаметно. Значительную их часть, Гриша посвящал фехтованию с использованием техник ауры пламени. Постепенно доводя каждый из уже освоенных им приёмов до идеала, он рассчитывал стать мастером огненной ауры уже к концу этой весны. Но к его сожалению прогресс шёл не так быстро, как ему бы этого хотелось. Всё же даже к настоящему моменту, он достиг немалых высот в контроле ауры. Большинство наблюдавших за ним воинов, слуг и даже членов семьи Гвиль, откровенно завидовали его навыкам и таланту, ведь большинство из них лишь к почтенным годам достигали подобного, а некоторые и вовсе, и мечтать не могли о подобной Грише силе.
И, конечно же, вместе с известностью к парню пришли последствия. Уже в тот же день, к нему выстроилась целая очередь, чтобы прощупать и оценить его навыки в фехтовании и ауре. И это явно не обрадовало его, ведь значительная часть всей этой честной толпы состояла из представителей рода Гвиль. Жадные до схваток и самоутверждения члены этого могущественного рода, быстро оттеснили остальных желающих добиться спарринга. Но даже так, их было слишком много, чтобы угождать каждому из них.
Но здесь Гриша, быстро смекнул, что если будет сражаться со всеми подряд, то и за неделю не успеет закрыть все спарринги. Поэтому не особо церемонясь он жёстко отсёк всех «слабаков», заявив, что сразиться лишь с тремя сильнейшими из рода Гвиль, с применением исключительно ауры. Предпринятый парнем шаг тут же вызвал волну возмущения, которую за него разрешил уже сам Масар Гвиль, быстро приведя в чувства весь свой род.