Весь день и ночь я просидела на полу и не двинулась с места, думая о том, как же я скатилась до такой жизни. И самое паршивое, то, что разрывало меня изнутри, мысль о том, что я не имею права горевать по этим детям.
В этот момент я сильно хотела сдохнуть, но одна мысль не давала мне разбить голову о ближайшую стену. Не только я виновата во всем случившемся. Минимум двое повинны в том, что мои дети умерли. И я не обрету покой даже после абсолютной смерти без права на возрождение, если не возьму их с собой.
Глава 21
Я уже говорила, что ненавижу этот мир? Ну так вот, скажу еще раз – блядство Лаира не поддается никакому описанию. На второй день моего бытия в горе и самобичевания, у меня поднялась полоска возбужденности до критических отметок, когда уже невозможно не обращать на это внимание.
Это было так мерзко и противоестественно для меня, что я от ярости чуть не убилась об стену. Может кому-то и показаться детской выходкой, но я решила, что как бы этот мир не давил на меня, я не стану ей поддаваться. Спустилась в потайную комнату в подвале и села в позу медитации.
Я постаралась войти в медитацию, но полоска уже была на высоком уровне, и мысли путались. Блядская натура Лаирского тела не давала возможности думать о чем-то еще, кроме как о сексе. Я постаралась отгородить себя от этих мыслей сконцентрировавшись на чем-то другом, например на ки. Хоть мне и не была доступна медитация, но я старалась почувствовать в воздухе ки тени, и притягивать ее в себя.
Конечно же перед этим я выпила зелье сопротивления огню, однозначно решив для себя не поддаться энергии похоти. Для страховки даже привязала руки и ноги таким образом, что для освобождения нужно будет быть предельно сосредоточенной, иначе этот узел не развязать. А порвать эту веревку грубой силой я не могла.
В тот момент я была слегка не в себе, и почему-то решила сконцентрироваться на такой вот борьбе, чтобы хоть как-то выплеснуть накопившееся во мне боль. И мне это даже удалось. Через несколько часов я не была способна думать ни о каком горе, и последними остатками души была сконцентрирована на окружающей энергии, стараясь этим не очень простым действием помочь себе.
Пару раз тело без участия сознания стремилось вырваться и удовлетворить свою похоть. Но руки и ноги были крепко связаны, и простым дерганием вырваться было невозможно. На десятый час моего самовольного заточения я готова была выть как дикий зверь, а внутри все горело огнем.
Вместе с тем я не прерывала своего действия по притягиванию к себе ки тени, и начала замечать, что вместе с энергией окружающего мира в мое тело поступает еще какая-то энергия, почти прозрачная, с еле заметным розовым оттенком. Она была повсюду, и очень медленно втягивалось в меня оседая по всему телу.