— Проклятые степные шакалы, наконец-то решили закончить со мной? Я давно вас ждал, — прохрипел совсем не «старик».

Неожиданно. Я ошиблась в оценке его возраста, хозяином дома оказался молодой парень. Но он явно был тяжело болен: лицо цвета мала, дерганные движения; ему явно больно двигаться и даже говорить.

— Прости парень, но ты меня с кем-то спутал. Я обычная воровка, а не убийца.

— Х-ка-ха! Тогда, добро пожаловать в мой дом, воровка. Бери все, что захочешь. Мне, как видишь, все равно недолго осталось, — хриплый смех явно доставлял ему сильную боль.

— Парень, ты явно не беден, почему не наймешь целителя или не купишь целебных зелий?

— Ты явно недавно в этом городе. Ни один целитель, ни один алхимик не окажет Парту помощи. Ведь Парт посмел пойти против хозяев города, против клана Осм. Даже говоря со мной, ты нарушаешь их волю. Я как прокаженный в этом городе, никто не смеет идти против воли этих проклятых степняков.

— Говоришь, ты враг клана Осм? И чем же ты им насолил?

— Я отказался продать им нашу землю. За это они уничтожили мой род, оставив мне жизнь в назидание. Их человек даже приносит мне еду, не позволяя умереть.

Посмотрев на меня, он с удивлением увидел на моем лице улыбку. Я же смотрела на бедного парня и думала, как мне его использовать.

— Парень, только сегодня и только сейчас у меня для тебя предложение, от которого ты не можешь отказаться. У тебя всего лишь сильное отравление, скорее всего их же человек и травит тебя едой. Я тебя вылечу, а ты приютишь меня на несколько дней. Как тебе такое предложение?

— Ты не понимаешь, они тебя убьют.

— Обо мне не беспокойся. Скажи, ты хочешь встать на ноги? Парочка зелий, и завтра же ты сможешь продать этот дом и свалить из города. Мне всего лишь нужно тихое место, чтобы переждать пару дней.

— Согласен, можешь даже остаться тут жить. В этих землях не осталось власти императора, клан Осм правит тут всем.

Я подошла и применила за раз десяток малых исцелений, спустив всю имеющуюся у меня ману. Ему сразу стало лучше, спустя пару минут с лица сошла бледность, а еще через минуту он с кряхтением, явно спеша, поднялся с кровати и быстро куда-то заковылял.

Вероятно, организм решил избавиться от яда естественным путем, и бедняга убежал в туалет. Вернулся он через полчаса, походка была неуверенной, но явно бодрее, чем до лечения. Я вынула из сумки припасы и дала ему поесть. В нормальных условиях больному нельзя есть тяжелую пищу, но после исцеления организму требуется обильное питание. Бульоном тут не поможешь. Он сел за стол и начал есть стылую пищу. И только умяв все, откинулся на стул и закрыл глаза. После чего встал и поклонился.