Томи видел во взгляде Жауриньо обречённость, парень явно не хотел умирать.

— Или дать тебе шанс? — так же тихо произнёс Томи.

Итальянец едва приподнял брови, видя серьёзное лицо Томаса, и моргнул через боль, чувствуя внутреннюю агонию от боли.

— Тогда, с этого момента твоя жизнь — моя. — произнёс Томи громко, чтобы все услышали. Он привстал, достал мобильник. Всё это на виду людей, набрал сообщение.

— Похоже дуэль окончена… — произнёс ведущий, когда Томи взял Жауриньо под руку и повёл на выход из зала. Итальянец, чувствуя внутреннее кровотечение, терял сознание. Ханако и Аделина тут же пристроились рядом.

— Время делить выигрыш! — пытался разрядить обстановку Иоши…

…— Терпи, — сказал Томи, вызывая лифт.

Жауриньо уже плыл в пространстве, но ещё кое-как держался на ногах, опираясь на Томаса.

Ханако, с пиджаком и маской Томи в руках, стояла рядом. Аделина тоже, молча находилась с ними.

Дверцы лифта отъехали в стороны, все вошли в кабину. Томи нажал кнопку, посмотрел на девушек. Они стояли тихо, то ли побаивались его, то ли слова сейчас были не к месту.

Лифт спустился вниз. Томи, придерживая Жауриньо в руках, быстро вышел первым, дамы последовали за ними.

Охранники, стоявшие в холле, пропустили их, открыв двери. Им уже отдал приказ Дору Ода — пропустить Романова.

— За мной приедут чёрный микроавтобус и седан. — предупредил их Томас.

— Принято, Господин Романов. — ответил один из бойцов Ода.

Томи с остальными вышел в холл бизнес-центра. За окном летящий снег сыпался с небес, дул промозглый ветер, трепавший на флагштоках два полотна с гербами.

— Уже рядом. — сказал Томи, увидев фары микроавтобуса, въехавшего на территорию.

Итальянец что-то бессвязно промычал.

Как только автомобили остановились у главного входа, под взглядом вооружённых охранников вышли Сергей и Казбек в полном обмундировании, придерживая двери фургона.

Томи вытащил Жауриньо на улицу, как его тут же принял боец из фургона. Романов заглянул внутрь.

— Святослав, — обратился он к приступившему к лечению адепту. — Как состояние? — указал он на итальянца.

— Жить будет, Господин, — улыбнулся мужчина. — А завтра и бегать.

— Хорошо. — Томи кивнул и полез из фургона, как сзади послышалось.

— Я… должен… — хриплым голосом произнёс Жауриньо. — Жизнь за… жизнь. — сказал он тихо и закрыл глаза.

Томи хмыкнул и вылез из фургона.

— Сергей, доставьте его в нашу лечебницу, в офисе.

— Есть! — козырнул боец. Он посмотрел на загруженного Романова. — Как отдохнули, Господин?

— Как видишь, — проявилась на лице Томи улыбка, он указал глазами на фургон с раненым, потом на Ханако и Аделину, стоявших у входа.