— Генерал, ты меня услышал?
— Ну и че ты хочешь? — на меня посмотрел усталый взгляд. — Оружие?
— Оно у меня в избытке. Мне нужен опыт. Если его нет, то могу обменять свою услугу на что-нибудь значимое: нормальные зелья или артефакты.
— И сколько тебе обещал Стоменов?
— Двести опыта. Дополнительно цельный оружейный арсенал, провизию, одежду. Ещё обещание, что мне сделают разрешение на охоту. И обещал, что сведет меня с нужным человек по одному вопросу.
— Понял, — Столыпин кивнул, показывая, что учёл мои слова. — Разберёмся.
Боевая машина пехоты развернулась и понеслась по обратному курсу. Меня не выкинули из неё, не попросили выйти и не попытались убить — хороший знак.
Нужно ли было изображать из себя такого независимого человека? Думаю, что да. Причина: я не собираюсь жить в этом палаточном лагере. Военные — они и в Африке военные. Тем более такие закостенелые, как Стоменов и Столыпин. Начнётся солдатская муштра: наряды, караулы и прочее. Ещё, наверно, и утреннее построение на плацу (его, наверно, организуют) будет с раздачей плана на текущий день.
Не буду заниматься патрулированием на ограниченной территории и уж тем более не стану платить налог. Не планирую брать в жены какую-то незнакомую девку. И уж точно не собираюсь выполнять ничьи приказы. Лучше буду сам по себе.
Глава 23. Торговля
Удивление, недоумение и даже восхищение — все эти эмоции я улавливал в глазах проходящих мимо людей. Бойцы не понимали, как может какой-то армеец спорить с целым генералом, который по щелчку пальца мог отправить на смерть целые дивизии, не говоря уже об отдельно взятом человеке. А мне-то что? Я ему не подчиняюсь.
— Да че ты мне мозги е**шь? — вызверился Столыпин. — Да у меня целый аналитический отдел! Ты в плюсе останешься!
— Нет. Мне. Нужен. Чистый. Опыт, — в десятый раз повторил я. С каждым разом мой голос звучал всё увереннее и четче. Я вбил себе это в голову и от своих слов отказываться был не намерен.
Полчаса назад мы вернулись к точке, где стоял БТР Стоменова. Я осмотрел БелАЗ и нашел на нём артефакты слежения и прослушки. Столыпин приказал не уничтожать их: срок действия предметов всё равно истекал через сорок минут. Моя работа по обнаружению жучков была выполнена, о чем я не преминул напомнить полковнику. Стоменов только кивнул. Не знаю почему, но я знал, что этот человек не обманет меня и выплатит всё в полном объеме.
Вокруг кипела работа. Бульдозеры и экскаваторы сооружали спуск, по которому могли бы съехать автобусы с женщинами и детьми. Гусеничная техника накатывала дорогу. Несколько БМП курсировали в отдалении, оберегая нас от возможного подступающего врага.