— Артур. — произнёс он в микрофон на подлокотнике. — Сообщи Васильеву, что меня сегодня не будет. Напиши ему что-нибудь вежливое и комплиментарное, он такое любит.

Князь ни в чём его не подозревает. Да, Васильев лишь пытается казаться круглым идиотом, не являясь им. Но всё равно он Григорию не ровня. Ни как аристократ, ни как политик.

А сейчас нужно найти того, кто это сделал. Найти — и раздавить!

Но для начало — тщательно проинспектировать то, что ещё осталось, во избежание новых внезапных ударов. Кара и месть — блюда, которые хорошо оставить напоследок. А сначала — оборона.

И доклад покровителям, конечно. Григорий не любил эти доклады. Ему всегда казалось, что покровители смотрят на него как на раба, а не как на ценного союзника. Впрочем, они и правда явно стоят выше него.

Пока выше. Его время ещё придёт, и они пожалеют о своём высокомерии.

По щелчку пальцев книжный шкаф раздвоился, и из стены за ним выдвинулось громоздкое устройство из непроницаемо чёрного металла, будто поглощающего свет.

Ну ничего, Григорий всегда умел ждать. По крайней мере, князь Васильев всё ещё пляшет под его дудку. Уж с ним-то точно ничего не может пойти не так, как надо… Он для этого слишком тупой. Хоть и не такой тупой, как о нём все думают.

* * *

Особняк князя Аполлона Васильева, наместника Рода Васильевых в Вольске.

Князь Васильев выглядел весьма внушительно. Во всех смыслах этого слова.

Он сидел во главе стола посреди роскошного бального зала с начищенными до зеркального блеска полами, пурпурными тяжёлыми портьерами, рядом изящных колонн вдоль стен. И сам не уступал этому залу в роскоши.

Облачённый в какую-то необычную помесь делового костюма и узорчатого пурпурного халата, князь даже сидя за столом выглядел настоящей глыбой. Руки-ковши, широкие плечи и мощная грудь. Бычья шея, на которой сидит большая прямоугольная голова с парой гладко выбритых подбородков и абсолютно лысая.

И, даже явно страдая от лишнего веса, князь держит спину идеально прямо, сохраняя военную выправку, а смотрит пристально и с открытым вызовом во взгляде. Отнюдь не так, как подобает смотреть круглому дураку. Я бы сказал, смотрит как на пыль под ногами.

Если, конечно, уместно бросать вызов пыли.

— Господа. — обратился он раскатистым басом к своему окружению. — Это кто-то из ваших людей? Могли бы и предупредить о его визите…

Но по смущённым и озадаченным лицам людей, собравшихся вокруг него, сразу стало понятно — они меня тоже не знают… Кроме одного.

Выделившись из общей массы, к Васильеву приблизился невзрачный мужчина в возрасте. Одетый в строгий чёрный костюм, с редкими зализанными волосами и острым маленьким носом, он склонился к уху князя и что-то зашептал.