Похоже, до него быстро дошло — какой-то барон, находясь в своём уме, низачто не станет рисковать головой, врываясь на княжеский бал без заготовленного плана.
И сейчас, полагаю, Васильев гадает, в чём же мой план состоит. На угловатом лице, будто грубо вытесанном из камня, застыло неопределённое выражение. Князь сомневается, что совсем несвойственно властным идиотам…
Казалось, все перестали даже дышать. Повисла абсолютная тишина, даже льющаяся из ниоткуда музыка смолкла. Трое мужчин — рослый молодой красавец с бронзовой кожей, полноватый престарелый тип в просторном халате на восточный манер, казалось, желающий перещеголять в жирности самого князя, и тот самый плешивый мелкий тип — стояли не шевелясь, затаив дыхание.
Я молча прошёлся перед ними, стуча каблуками по полу.
— Начнём… с тебя. — кивнул я на молодого атлета. — Позволь-ка…
Глава 20 Испытание
Я положил ладонь ему на лоб. Ради этого всё и затевалось — прямой контакт и наличие времени для концентрации многократно снижает затраты, необходимые для взлома сознания жертвы. Этот парень маг, но в зале его мана подавлена. И вскрыть защиту не составило труда.
Да и что там скрывать — обычный наследник мелкого безземельного рода, не одарённый ничем, кроме огромных мышц, мощного боевого дара и физиономии, которые нравятся женщинам.
В последнем и кроется его маленький секрет. Он так старался не думать о какой-то даме, что я сразу нацелился на эту часть мыслей и легко их раскрутил.
Перед глазами пронеслись яркие картины — спальня, судя по роскоши, княжеская, молодая горячая красотка, сбрасывающая с себя расшитый золотом халатик, и страстная ночь, проведённая с юным атлетом… А потом ещё одна и ещё…
Нет, на этого плевать. Меня не заботит верность чужих жён, так что…
— Говори! — приказал я. — Имеешь ли ты какие-то секреты от Его Светлости Аполлона Васильева? Знаешь ли что-то, что порочит его честь? Служишь ли иному господину?..
— Нет, нет и нет, Ваше Благородие! — аж гаркнул атлет, вытянувшись по струнке. — Ни в коем случае! Я верен господину Васильеву беззаветно и честен как святой!
Какой бравый вояка, как искусно прикидывается круглым дураком. Князь аж зарделся, толстые губы расплылись в довольной улыбке.
— Хорошо! — потёр тот ладони. — Займись-ка теперь казначеем…
Едва заметно заулыбались и все, сидящие за столом. Я недаром начал именно с «атлета». Уж о шашнях княжеской жены, или кто она ему там, точно знают здесь все. Видимо, кроме самого Васильева. А если я не сумел раскрыть эту правду…
Значит и опасаться меня нечего. Я обычный льстец и шарлатан, пожелавший подмазаться к князю через демонстрацию «честности» его ближнего круга. Решил приблизиться к господину за счёт его людей.