И еще до того, как он его всунул обратно, и успел издать хоть звук, я опустил ладонь на его заспанную моську и приказал: — «перемести».

Черная вспышка. Потерявший краски родной мир, сменяющийся всепоглощающей Тьмой и просвет выхода обратно.

Хотел бы я сказать, что родной мир нас встретил яркими красками и пением птичек, но нет.

Это были объятия холода, мрака и глубины. Дно озера не сильно изменилось с нашей последней «встречи», разве что установка «Посейдона» не подавала признаков жизни, словно ее выключили.

Нахмурившись, я подплыл к ней и провел ладонью по рунам, однако никаких сбоев не обнаружил. Все энергетические контуры установки находились на своих местах, однако энергетические частицы внутри не двигались, словно их поставили на паузу. Осознав, что исправить это отсюда не получится, ведь проблема не в установке, я оттолкнулся от илистого дна ногами и поплыл наверх.

Когда я выбрался на берег, Кот был уже здесь. Фыркал, ворчал и отряхивался, в паузах между этим, вылизывая свою шерстку, с которой ручьем стекала ледяная вода.

— Мр-р-рчпх, — завидев меня, пробурчал пушистый, и нарочно отряхнулся так, чтобы все капли с его прекрасной матово-черной шерстки полетели на меня.

Водную атаку я отразил вынутым из теневого кармана полотенцем, после чего быстро обтерся и укутал в него Кота. Сопротивлялся засранец недолго, и только для виду, чтобы не пострадала его гордая натура. После чего с остаточным мурчанием, и торчащей во все стороны сухой шерстью, он отпрыгнул в сторону и осмотрелся.

Сам же я вытащил из теневого кармана свою одежду и начал одеваться, и пока я это делал, никто к нам так и не подошел. Более того, вокруг было совершенно пусто.

Пустой пляж. Пустые улицы. «Пустым» было все. Все, включая энергетические частицы вокруг, замерло и не двигалось.

Ни единого звука, ни единой живой души. Хотя нет, одна живая душа вокруг все-таки была.

С этой мыслью я повернулся, сделал три шага вдоль пляжа и запульнул щелбаном в пустоту перед собой. Пустота отозвалась глухим звуком и вскриком «ай», а оттуда вывалилась, потеряв маскировку, девушка в черных одеждах.

Взгляд ее вертикальных зрачков выглядел один в один как у Кота, а сама девушка при этом обиженно потирала лоб.

— Да как⁈ — завершив свою театральную пантомиму буркнула Лиса и только сейчас заметила, что под ней из-за мокрой одежды на берегу скопилась уже небольшая лужица, — вот же дурацкая вода, — всплеснула она руками и скинула черную куртку, начав ее выжимать.

— Помочь? — вежливо поинтересовался я.

— Не надо! — аж испугалась от такого предложения Лиса и всплеснула руками, — И вообще, это я пошла за тобой, чтобы помогать, а не наоборот! И я ни за что не буду тебе обузой! Обещаю! Я справлюсь, только… только… апчхи, — передернуло продрогшую девушку от холода и одновременно с этим из ее Тени вылезла лапка мартышки с платочком, — шпасибо, — шмыгнула забитым носом Лиса и чихнула еще раз.