Стал угрозой человечеству. Тварью, на борьбу с которыми он положил всю свою жизнь.

И в тот короткий миг прозрения, когда он на одну секунду все вспомнил. Вспомнил кем был. Вспомнил что натворил. Вспомнил сколько людей угробил за эти семь сотен лет. Илай осознал, к чему привел его «Путь Возвышения», который он считал правильным и верным.

Тогда он и произнес желание дать ему умереть и отправиться на покой.

К сожалению, в обрывчатых воспоминаниях Илая мне не удалось найти информации о судьбе Януса, Лиорно или Ордена, а когда все образы утекли и перестали появляться вовсе, я открыл глаза и осознал себя лежащим на земле.

Без сил. Без энергии. Без эмоций.

Я был пуст, отдав всего себя без остатка.

Энергетические запасы были либо потрачены, либо пущены в откат. У меня болело все, что только могло болеть, а единственным работающим энергетическим каналом был тот, который соединял меня с миром Тьмы.

Волевым усилием я коснулся этой связи и улыбнулся.

55,00%…

И связь продолжала рост.

55,01%…

55,02%…

55,03%…

Я лежал и чувствовал, как мир Тьмы через канал связи возвращает мою долю поглощенной энергии рыбоголового божества, а вместе с наполняющей мой внутренний источник родной энергии, растет и процент связи.

Приняв решение полежать еще и немного отдохнуть, я закрыл глаза.

А когда мои текущие запасы перевалили за максимальный предел внутреннего источника, я еще раз глянул на текущий процент. Он замер на отметке 55,59% и это было больше, чем я рассчитывал, и куда больше, чем было способно вместить мое тело сейчас.

Энергия начала выливаться через край, а это уже не дело. Все-таки мой внутренний источник еще слабоват, и самое время заняться усилением Путей. Тело окрепло, стратегический барьер в 50% связи пройден, пора двигаться дальше.

Ну а пока я лежал и собирал все вытекающие излишки энергии в черный шар на своей руке. Черный, пульсирующий Тьмой и фиолетовыми вспышками шар становился все больше и больше, а я все размышлял, что с этим всем делать.

Это была не совсем чистая энергия, скорее побочный продукт, из которого ничего не построишь. Чистая энергия разрушения, которой меня все продолжала и продолжала снабжать Тьма.

Причину такой щедрости матери Стихий я увидел не сразу. Вернее, не сразу понял, что стоящий на вершине Великой Стены силуэт является этой причиной. Ведь за все это время он, как и весь город, совершенно не двигался.

И только сейчас, когда у меня появилось время и возможность, чтобы нормального его рассмотреть, я заметил, что этот человек моргает. Стоит на краю стены со сложенными на груди руками и смотрит прямо на меня.