— Прошло триста двадцать три года, — произнес я ответ на вопрос, который Император не стал задавать вслух.

Тот сначала не понял к чему я это сказал, а потом его взгляд дернулся, и он благодарно кивнул.

— Насколько все плохо? — за несколько мгновений переварив информацию, спросил он, бросив взгляд мне куда-то за спину.

Выйти Император туда не мог, и сейчас я был для него единственной ниточкой связи с реальным миром. Реальным миром, в котором он давно погиб, и вернуться в которой ему не суждено.

Пусть Борис III и являлся проекцией, но по факту, он подобно идеальному клону, сохранил все мысли, личность и память оригинала. Пусть и временно. Очень даже временно. Уже сейчас я отчетливо видел, как идет незримый таймер отведенного нам на разговор времени.

Поэтому, не вдаваясь в подробности, я ответил коротко и по существу:

— Не очень хорошо, но я работаю над этим.

— Это хорошо, — одарив меня уважительным кивком, произнес Император, — теперь у мира есть то, чего не было в мое время. У мира есть Паладин.

— И не один, — решил я уточнить.

— Вот как, — подернулась легкой улыбкой лицо Императора, — поиск Паладинов было первым, чем я занялся, но в итоге я так никого и не нашел, — с нотками грусти добавил он.

— И хорошо, что так, — усмехнулся я, вспоминая в каком состоянии мы находили этих самых «Паладинов».

Император недоуменно посмотрел на меня, не сразу поняв, что я имею в виду.

— Долго объяснять, — вздохнул я, — но, если кратко, семь сотен лет очень долгий срок для человеческого разума.

— Это верно… — сощурился Борис III, — но ведь сила Паладинов должна передаваться дальше? По закону стихийного равновесия.

— Должна, — не удивляясь, что Боря знает про этот древний закон, хмыкнул я, — но по разным причинам этого не случилось.

— Ни с одним Паладином? — резонно удивился Император, — это не может быть случайностью, — с полной уверенностью в голосе добавил он, — похоже, что кто-то специально сделал так, чтобы Паладины не переродились.

— Я пришел к такому же выводу, — согласился я с мыслями Бори, и, чуть призадумавшись, спросил, — как думаешь, кто это мог быть?

Не то, чтобы у меня не было своих мыслей на этот счет, но, когда еще доведется задать этот вопрос сильнейшему «Умнику» поколения?

— Сложный вопрос, — нахмурился Император, — в мое время информации на этот счет было немного, полагаю сейчас ее вообще нет, раз ты задаешь такой вопрос. Из того, что мне удалось разузнать при жизни, все указывало на последователей Имперского культа Единства. Все они выходцы из Ордена Аргуса, из числа последователей идей Магистра Времени. Самого Магистра Аргус казнил, но своей жертвой он открыл им способ подавления Аргуса, которым они в итоге раскололи Великий Источник на четыре части.