Моя аура Тьмы нивелировала враждебное воздействие, но даже сквозь нее я ощущал на коже постоянные покалывания, а наэлектризованные волоски по всему телу вздыбились.

Миленькое место. Максу бы понравилось.

Хотя я тоже в целом чувствовал себя хорошо. Особенно когда черное небо рассекали кривые линии стихийных молний, в такт которым отзывался и мерцал весь лес.

Красота.

Завороженно глядя на очередной ослепительный голубой раскат молнии, я заметил на ветке дерева скалящуюся тварь, похожую на бабуина.

Хищная тварь с шестью лапами и тремя ярко-голубыми хвостами, из-за которых они и получили название — Голубохвостый Бабуин.

Из-за полного иммунитета к стихии молнии и способностей управлять грозовой энергией, их иногда называли Грозовыми Бабуинами.

Не самая опасная тварь в обычных условиях, но в период стихийной грозы противник неприятный. Особенно если учесть, что живут и охотятся они обычно стаями по 30–40 особей.

И хоть тонкие волоски-иглы голубого цвета позволяли этим тварям идеально маскироваться в этом лесу, сейчас тварь была тут одна и это странно.

Еще и скалится так мерзко… — подумалось мне, и тут я заметил в ее когтистых лапках золотую монету.

— Да ну нет, — не поверил я своим глазам, и сунул руку во внутренний карман, где до этого лежала принесенная Мраком монета Аргуса, а сейчас было пусто.

Ловкая тварь.

Я ведь даже не почувствовал, когда она успела это сделать.

Закаленное тяжелыми битвами тело слишком привыкло не обращать внимания на существ, не представляющих угрозу. Полезный инстинкт в высокоуровневых Порталах, где тебя порой одновременно атакуют несколько сотен тварей и критически важно реагировать в первую очередь на самых опасных.

Ведь в том же Портале «S»-класса одновременно может обитать более десятка видов тварей, а ориентироваться на глаз, не вариант. Комар может оказаться смертоноснее дракона.

Но вот сейчас мой инстинкт игнорировать неопасные атаки, пропустил «атаку» в виде кражи, и я бросился в погоню за наглой тварюшкой, которая благодаря своему преимуществу в хвостах и конечностях развила сумасшедшую скорость.

Еще и вольготно скакала по веткам деревьев, в то время как мне приходилось буквально прорубаться сквозь неприветливую местную фауну.

Погоня длилась добрых тридцать минут, за время которых я так и не обнаружил присутствия других бабуинов, а потому продолжал преследовать этого подлого воришку.

На исходе первого часа мой хваленный «Полимер — К» не выдержал интенсивного воздействия электрических иголок, растущих тут буквально везде кустарников, и порвался в трех местах.