Меня провели по коридорам, спустили на первый этаж, а затем ещё ниже — в подвал, вход в который охранял толстый усатый вояка. Он сидел на табурете у массивной кованой решётки

— Это кто? — спросил он.

— Залётный. Капитан велел запереть его до утра.

— Натворил-то что?

— Да ничего пока… — отмахнулся арбалетчик, — Я и сам толком не понял… Завтра разберёмся.

— Как обычно, — фыркнул толстяк, снял с пояса связку ключей, и отпер решётку.

Подвал, исполняющий роль темницы, был выложен из камня. Узкий коридор тянулся пару десятков метров, имел пару ответвлений, и не был освещён — не считая факела, который мой сопровождающий взял у привратника, здесь стояла кромешная тьма. В воздухе висел запах сырости.

Мэг молча провёл меня мимо пары других камер, в которых зашевелились какие-то тени. Отперев решётку на двери третьего помещения справа, он толкнули меня внутрь. Замок щёлкнул, и я остался один.

— Бред… Полный бред, — простонал я, оглядевшись.

Соломенный матрац на полу, ведро в углу, щербатая деревянная миска — вот и всё убранство камеры…

Я развернулся к двери и выглянул за решётку. Тостяк-привратник уже запер вход в подвал, выпустив арбалетчика, и оставив факел у входа. Коридор погрузился в полумрак.

А я, едва не рыча от досады, почувствовал страшное опустошение… В голове снова замелькали картинки того, как Кирсин убивает родителей, и я заскрипел зубами от чувства бессилия.

Неужели мой путь закончится так глупо, даже не успев начаться⁈

— Эй, новенький!

Шёпот раздался из камеры напротив. Зажмурившись, я подержал глаза закрытыми, а затем снова открыл — чтобы лучше видеть в полумраке. И лишь после этого рассмотрел низкорослую мускулистую и заросшую светлой бородой фигуру, оперевшуюся на решётку.

— Что?

— За что замели? — скучающим, слегка хриплым голосом спросила фигура.

— Ни за что.

Мой собеседник коротко рассмеялся.

— О, так это нормально, мы тут все ни за что ни про что, тресни мой гранит! Как тебя звать-то, невиновный?

— Виктор.

— Приятно познакомиться, Виктор. Я Торгрим. Пожал бы тебе руку, но… — он снова добродушно рассмеялся.

— Торгрим? — удивился я, — Так ты…

— Сын земли, — отозвался собеседник, — Из клана Андарак.

Гном⁈ Гном, в нашей глуши⁈ Да ещё и в темнице⁈ Их и так можно было встретить нечасто — я за свою жизнь, например, до этого момента, никогда не видел подгорных жителей.

— Ого, — не удержался я от изумлённого возгласа, — Неожиданно.

— Не поверишь — сказал тоже самое, когда меня сюда запихнули! — фыркнул Торгрим, — Слушай, паря, а ты местный?

— Из этих краёв, — осторожно ответил я, — А что?