Сознание десятника затапливали волны багровой силы. Всё происходящее вокруг почти сразу обрело красный оттенок и с каждой секундой он становился всё глубже.

Совет княжича пришёлся очень кстати. До смерти хранить осколок неизвестного артефакта было глупо. Тем более, что эта смерть уже дышала всей дружине в лицо. Скалилась слюнявыми пастями и шипела на разные голоса.

За первые минуты битвы половина гридней успела получить по одному смертельному ранению. Количество атакующих тварей превышало размеры отряда людей в несколько раз и это немедленно сказалось. Первая атака была самой страшной.

Разум Никиты в момент работы дара богов превращался в пустой свиток. В нём появлялись и немедленно исчезли сухие строки записей обо всём, что происходило с гриднями. Иногда десятник задумывался о том, как работает его сила. Раньше такие мысли быстро исчезали. Но не сейчас.

Влияние подаренного княжичем сокровища превращало Никиту в древнего героя былин, который мог уничтожать полчища врагов одним своим видом. Не сейчас, но позже так точно могло быть.

Дружинники восстанавливали повреждения с той же скоростью, с которой их получали. Вятко практически оторвали руку. На свитке возникла запись об этом, но её тут же смыл поток багровой энергии и парень вернулся в строй, напрочь снеся голову своему обидчику.

Сияние алой брони начало постепенно меркнуть. Подпитки от обычных монстров было недостаточно. Рука Никиты невольно коснулась висевшего на шее ожерелья. Он знал, что сможет использовать каждый камень, но делать этого не хотел.

Откуда пришло знание, что волшебный артефакт станет работать значительно хуже десятник не знал, но это ничего не значило. Никита просто принял это, как абсолютную истину. Если взять хоть одну часть ожерелья, то эффект защиты станет вдвое хуже. И будет падать, пока не сойдёт на нет.

Прохор обменивался с предводителем нечисти тяжёлыми ударами, но пока без особого эффекта. Если бы кто-то сказал Никите ещё месяц назад, что они будут биться лицом к лицу с жутким злом из древних сказаний, то ратник только рассмеялся бы такому вралю в лицо.

Но не сейчас. Сейчас он ловил удобный момент, чтобы пополнить запасы своей энергии. И сделать это можно было только одним способом.

Багровая броня на одном из гридней резко увеличилась в толщине, десятник бросил его под дубину Лиха и тут же отправил вперёд Прохора. Размашистый удар артефактным топором оставил глубокую рану на бедре предводителя нечисти. Дальше богатырь действовал уже сам.

Серия атак вынудила Лихо уйти в глухую оборону. Вокруг кипел бой, княжич куда-то испарился и это заставляло Никиту непрерывно контролировать окружающее пространство всеми доступными ему органами чувств.