Так и оказалось. Под нетронутым ковром в одной из спален отковырянная паркетная дощечка явила под собой отверстие, в которое я стальную загогулину с подоконника взятую и запихнул. И в этой кривой проволоке только такой же старик, как я, ключ увидел бы. Так что, повернув пару раз в одну сторону, пару раз в другую, я и отворил дверцу в полу.

А там всё, как и было — соленья, брикеты пищевые, консервы, бутылочки с перцовкой ещё отцом оставленные. Всё чисто мирно, рядком к рядку. И мне аж на сердце полегчало, как будто и не ходил вчера в лес помирать. Перед тем, как схрон прикрыть, выудил кой-чего всякого разного и побольше и пошёл в зал, ибо живот от голода прихватило так, что сам диву дался.

— Фууух. Вот жеж намаял то я брюхо, никогда так есть не хотелось, — сказал вслух, попутно пальцами играючи снимая закатанную крышку с банки и жадно отхлебывая рассола.

Вот только впервые за десять лет моего бубнежа одинокого, из коридора в ответ раздалось авторитетное карканье и в гостиную вплыли слова.

—Квер-веер-кверк-кер «После Инициации голод силён и это нормально» — запрыгнувший в комнату белый ворон заставил меня поперхнуться.

Не привык я всё-таки к таким галюцинациям.

— Так! Ничего тут не трогать! — рявкнул в их сторону, попутно распаковывая хлебный брикет и смачно им стресс заедая. И наблюдая за воронами, на секунду задумался, приходя к мыслям грустным. — Тут и так ничего не осталось…

—Квиаарм «Да мы только посмотреть» — успокоил меня чёрный ворон, запрыгивая на шкаф и с интересом вороша коробки.

Видимо от моего предупреждения им было ни горячо ни холодно, и если бы не бурчащий желудок, я бы их, конечно, отловил. Уж в небольшой-то комнате им уклоняться будет сложно, а если дверь успеть прикрыть, то и отступать некуда.

И словно почуяв мои помыслы, вороны замерли и в каком-то наигранном ужасе посмотрели на меня, готовые вот-вот дать дёру. И так это у них синхронно и комично получилось, что я всё таки смилостивился.

— Ладно уж, копошитесь. — махнул рукой в сторону своих глюков, на что получил от них слова благодарности.

—Квер «Спасибо»

—Крор «Конечно»

Пока я набивал ненасытный желудок, они шустро прошлись по всем местам, которые доселе обнюхал вороватый сосед и даже чуточку дальше. Белый прополз с инспекцией под шкафами и диваном, при этом странным образом не собрав на своих перьях пыли, а Чёрный обстукивал клювом стены и пол, пока из спальни не раздалось его довольное карканье. К нему тут же побежал Белый. Когда оттуда послышался шорох ковра, а с подоконника упал ключ-загогулина, я им крикнул.