Сабина понимала, что лишь таким методом можно что-то донести сестре, ибо та была уперта и криками или угрозами тут дела не решишь.

— И недавно открылся еще один немаловажный факт, который может внести перемены в нашу семью. Что ты знаешь о демонах?

— То, что это уродливые, сильные твари, от одной из которых я недавно чуть не померла.

— Это да, но ты знаешь, что раны, нанесенные ими, не исцеляются, так как они калечат духовное и магическое начала?

— Да, знаю, это ты к чему? — спросила Урсула, не совсем понимая, почему тема разговора с дел семьи переключилась на демонов.

— К тому, что рана отца, моя и твоя — это все результат атаки демона. В тот вечер именно демон атаковал нас.

— А почему нам не сказали?

— Отец с дедом посчитали, что нам пока рано было знать. Если бы мы были в курсе, у нас бы не осталось надежды на исцеление. Ты же и сама до этого момента верила, что рано или поздно найдется врач, что исцелит тебя, да? — увидев, что сестра расстроено кивнула, она продолжила. — Вот и я так думала до того момента, как дед мне сказал.

— И что тогда получается, сестра, все, шансов нет? — полностью расстроившись, спросила Урсула.

— Я бы тоже так подумала, если бы приехавший в тот день Алан не рассказал очень интересную новость. Ты видела, что у Зигфрида нет левой руки?

— Конечно, я даже видела, как и когда он ее лишился, сестра, я ж не слепая!

— Кто его лечил после этого?

— Джо!

— А ты видела, что его рука отрастает?

— Нет, не видела.

— Алан сказал, что отрастает, он видел сам. Вывод?

Урсула уставилась сначала на нее, а потом начала говорить:

— Так, Зигфриду руку оторвал чернокнижник, но внешне он уже менялся, значит, атаковал с демонической энергией, и, если рука, отрубленная, можно сказать, демоном, отрастает, значит, исцеление РАБОТАЕТ!? — от удивления пораженная графиня выкрикнула последнее слово. — Ты хочешь сказать, что Джо может нас вылечить?!

— Я надеюсь на это, поэтому прибыла сюда. Ты должна понимать, как это важно для нашей семьи, и прошу тебя быть на моей стороне и не мешать. Я тут на месяц, а дальше нужно будет возвращаться с хорошими или плохими новостями домой. Если отец сможет зачать наследника, я смогу отказаться от бремени быть этой чертовой герцогиней. Смотреть на их лживые рожи у меня нет ни сил, ни желания.

— Сестра, скажу честно, я не совсем понимала, но сейчас я тебя не подведу, — с решимостью в голосе сказала Урсула, наконец-то все для себя осознав.

— Надеюсь на это, и еще скажи мне, почему это ты волком смотришь на ту служанку?

— Неважно! — немного смутившись, произнесла Урсула.