— Был нанят отряд Готто Очинга, уплачена немалая цена, вождь принял задание и поклялся словом Жары, что они выполнят поручение. Но, как оказалось, в устроенной крысе засаде он сам погиб. Также, скорее всего, был убит контролирующий операцию центурион Флавий. Тело не нашли, но, вероятно, он погиб в битве, поэтому мне вовремя не доложили о провале операции. Я узнал незадолго до того, как явился Цирон и сообщил, что ты зовешь к себе.

— Готто Очинг был сильным чернокнижником, как так получилось, что он не смог убить обычного мага? — задумчиво спросил Тиберий, вспоминая этого любителя человеческих душ.

Патриарх знал старого чернокнижника и имел представление о его силе. Любитель человечинки не раз впускал в свое тело демона и, самое главное, не терял волю после этого. Чудесным образом демон, исполнив просьбу чернокнижника, по какой-то причине потом покидал его тело, возвращая контроль изначальному хозяину. Так что новость о том, что он не справился, довольно сильно удивила патриарха.

— Да, был убит новой химерой крысы. Чернокнижник или переоценил себя, или недооценил противника, за что и сдох, — Марк, смотря на отца, видел, что тот гневался уже не так сильно.

— Я тебя понял. Значит так, Марк, возложенные на тебя ожидания ты не оправдал, так что проблему решит твой брат.

— Отец, я сам справлюсь! — взревел легат.

— Я все сказал. Ступай, — сказал патриарх таким тоном, что легата бросило в дрожь.

Марк в гневе развернулся и вышел из кабинета отца, хотел было хлопнуть дверью, но вовремя смог удержать себя от такого опрометчивого поступка. Идя по коридору и одним лишь выражением лица пугая слуг, он столкнулся с тем, кого больше всех ненавидел, но вынужден был терпеть.

— Здравствуй, братец.

Аврелиан в мгновение появился возле брата и хлопнул его по спине, да так, что даже столь сильному воину, как Марк, стало больно.

При всей своей ненависти Марк не мог показать истинные чувства.

— Здравствуй.

— Судя по твоему лицу ты опять облажался, хе-хе. По другой причине отец бы меня не вызвал. Как так, братишка?

— Не твоего ума дело, — процедил сквозь зубы Марк.

— Как раз-таки моего, — Аврелиан сжал все так же лежащую на плече брата руку, и Марк почувствовал, что еще немного и тот переломает ему кости. — Ты допустил смерть нашего братишки и не смог отомстить! Так что поменьше гонору, Марк, я как обычно должен решать проблемы, которые ты создаешь!

— Что ты сказал?! — прорычал легат.

Бах! Аврелиан ударил наотмашь кистью, и легкого с виду удара хватило, чтобы Марк пробил своим туловищем стену и вылетел на улицу. Но этого было недостаточно, чтобы нанести легату хоть какой-то значимый ущерб, и приземлился воин уже на ноги, готовый к бою.