Тварь создавалась два часа. А час спустя я уже сам начал с опаской смотреть на эту хрень. Так как изнутри что-то ударило в одну из стен. На высоте метров пятнадцати! Как еще нерождённый ребенок толкается ножкой в живот матери, так и тут происходило нечто подобное, только вот этот ребенок оказался что-то сильно здоровенным. Звук удара по стенке сопровождался глухим гулом, разносившимся на добрые километры в разные стороны.

Толчки раздавались всё чаще, а то Нечто, что находилось сейчас внутри, виднелось всё лучше сквозь утончающиеся стенки. И вот, наконец, две громаднейших лапы ударили в натянутую до почти полной прозрачности стену. Прорвав стенку кокона, лапы начали разрывать её, создавая себе проход.

Гора ходила ходуном, изнутри питомника доносились неведомые мне звуки. И когда стены были разорваны, все застыли от шока, увидев невиданного в этом мире монстра. На нас с высоты метров двадцати уставилась голова твари. Некогда это была моя химера, вот только от неё ничего не осталась. Два горящих огнем бездны глаза, вытянутый назад череп, рот у этого порождения бездны был закрыт несколькими десятками многометровых толстенных постоянно извивающихся щупалец.

Чудовище, поводив головой из стороны в сторону, остановило свой взор на мне. В следующую секунду в моей голове прозвучал оглушительный рев. Если бы горы умели говорить, наверное, таким бы был их голос.

Моя голова начала раскалываться, не в силах больше терпеть боль, я применил на себе «Исцеление». И это было вовремя, ибо рёв повторился. Только в этот раз я смог понять, что говорит тварь.

— Ты звал? — треск камня, звуки волн, шум ветра — всё слилось в едином порыве, образуя голос существа, которое не имело право быть воплощенным в этом мире.

— Я, — сказал я.

— Нет, не ты! — глаза твари просвечивали меня, словно высматривая нечто в глубине души. — Срок службы!

Что за херня?! Какой еще срок службы? И как это — не я? Я же тебя из биомассы создал, а не призвал из темных уголков хаоса.

— СРОК СЛУЖБЫ! — у меня в голове вновь раздался раздраженный рев существа.

Внутри у меня всё прояснилось, я однозначно понял, что если я скажу то, что не понравится этому существу, нам всем конец.

— Се! — ответил я существу.

Глаза, твари вспыхнули от вопиющей наглости, и я, не закончив фразу, быстро себя поправил:

— ЧЕТЫРЕ ДНЯ!

Существо успокоилось.

— Плата?

— Души врагов.

— Количество?

— Сотни тысяч.

Если бы горы, моря, ветра, умели мурчать, они бы создавали подобные звуки, раздавшиеся сейчас у меня в голове.

— Где эти души?

—В полутора днях пути, движутся сюда.