Затишье уже длилось несколько секунд, но для имперских сил жалкое мгновение было сродни часу. Старейший, величественно взиравший на атакующих, не спеша поднял правую руку и из его рта начали звучать слова, которые не произносились в этом мире никогда.

Тайный язык, который не смог бы повторить ни один лингвист этого мира, нёс в себе суть заклинания. Два предложения, чуждые всему живому, воплотили волю своего создателя. В мгновение несколько сотен квадратных километров земли пошли ходуном. А по сотням образовавшихся трещин начало растекаться черное озеро. Затем земля, пропитанная водой, забурлила, образовывая вместо травяной степи громадное болото, на котором словно ранее на черном озере, гуляли многометровые волны.

Болото, достигнув части имперских войск, начало вносить хаос в образовавшиеся фаланги. Какой бы сноровки не были воины, всё же они были облачены в тяжёлую броню. А когда у тебя на десятки метров вокруг одна только булькающая земля и такие же обескураженные, растерявшиеся товарищи, спасения, нет. Ни о каких стройных рядах, не было уже и речи. Утопая в земле, всё искали своего спасения, кто старался оттолкнуться от земли, кто жертвуя товарищем, вскарабкивался на его спину, выигрывая те жалкие секунды, чтобы спустя следом за «товарищем» сгинуть, захлебываясь болотом.

Ведомая темной волей, магическая трясина не щадила никого. Все что попало в поле её действия, за жалкие секунды скрывалось в земных недрах. За несколько десятков секунд всё величие легиона испарилось, сотни тысяч человек сейчас желали лишь одного — спасения. Всё шло к тому, что величественный легион, который еще десяток минут назад сотрясал лозунгами воздух, будет уничтожен.

Всё так бы и произошло, если бы не одно.

Главнокомандующий, подняв свой меч, зачитал горланящие речи. Стоящий рядом Кустодий подумал, что если бы собака научилась говорить, говор у неё был бы таков, как у Марка Тиберия в этот час.

Легат двух легионов и главнокомандующий имперских войск, а точнее уже то, что осталось от Марка Тиберия, горлопанило древнее заклинание. «Меч Лонгина», поднятый над головой загорелся, и как только фиолетовое пламя развеяло образовавшийся мрак, Марк со всей силы направил меч остриём вниз. Клинок, войдя до гарды в земную твердь, стал наполнять её силой вложенного заклинания.

Разнёсшиеся волны магического заклинания мгновенно прервали действие трясины. Ходившая волнами земля застыла и стала на глазах засыхать. Но в её недрах уже скрылось две сотни тысяч легионеров и до двух сотен магов, которые, сгинув в земной пучине, своими же силами её и подпитывали.