Степан явно удивился такой заботе, но послушно сделал заметку в своём маленьком блокноте.

— У меня вопрос, правда не совсем по теме. А проклятия, они же как бы вредят. Разумно ли использовать их для цветочной торговли? Не принесёт ли это вред покупателям?

— Так это всё стереотипы. Просто местные Проклинатели толком ничего не умеют. Вот и пошло такое представление. Любой яд — это лекарство, — уже в который раз повторил я. — Ладно, ты пока осваивайся, а у меня есть одно дело.

Я возвращаюсь к себе, а Табуретка виновато тащится позади, пряча глаза.

— Да ладно тебе, он теперь свой, — обращаюсь к ней. — Но в следующий раз притворяйся получше.

Я снова погружаюсь в медитацию, чтобы поглотить ещё немного Чёрной Соли. Сегодня я изрядно потратился, новые проклятия сильно напрягают Накопитель, который ещё развивать и развивать. Но ничего, Чёрная Соль поможет быстрее восстановиться. Вот бы ещё где достать этого «стероида».

Поздним вечером, когда уже стемнело, кто-то настойчиво постучал в мою дверь. Степан отправился домой за своими вещами совсем недавно, так что это точно не мог быть он.

Мы с Табуреткой неторопливо спускаемся вниз.Неужели Безруковы снова прислали группу наёмников? Быстро они, однако. С такими темпами у них скоро все люди закончатся

Но нет, на пороге оказался какой-то клерк в строгом деловом костюме и папкой документов в руках.

— Добрый вечер. Могу ли я поговорить с Сергеем Темновым?

— Вы уже с ним разговариваете, — складываю руки на груди и ожидаю дальнейшей информации. — А вы кто?

— Я представляю интересы рода Безруковых. Пожалуйста, ознакомьтесь с документами, — мужчина открыл папку и поспешил вручить мне бумаги.

— Повестка в суд? — перевожу удивлённый взгляд на клерка.

— Верно. Мне, как представителю рода, поручили вручить её вам лично в руки.

Если уж я и ждал какую-либо повестку в суд, то только от своих родственничков. А Безруковы-то что хотят?

Я снова направляю взгляд на документ и продолжаю его читать.

Исходя из информации, предоставленной в повестке, меня, как Проклинателя, обвиняют в проклинании какого-то торгово-развлекательного центра на Аллейской, где я никогда не был. И более того, Безруковы требуют с меня компенсацию в размере одного миллиона рублей.

Я усмехаюсь. Вот это действительно интересный ход, господа. Но он обречён на провал.

* * *

Увидев множество безуспешных попыток сына справиться с Темновым, граф Дмитрий Безруков решил взять дело в свои руки. Его сын ещё слишком молод и зачастую пытается решить любые проблемы грубой силой. Этот метод, безусловно, действенный, но только не против крепкого и смышлёного одарённого.