— Я знал, что без подвоха не обойдётся, — пояснил нанокиборг, после чего продолжил слушать рассказ собеседницы.

— Потом этот взрыв! — всхлипнула она. — Меня буквально разорвало на части. Когда я пришла в себя и узнала подробности, мне хотелось выть от горя.

— Какие подробности? — не понял её Денис.

— Мне сказали, что то, что от тебя осталось, соскребли в баночку… — грустно шмыгнула носом Эльга. — После частичного выздоровления меня опять перевели обратно в лабораторию, где я узнала о том, что тебя ввели в промежуточную стадию. Костромский сказал мне, что теперь ты до конца жизни пробудешь в состоянии амебы. В тот день весь мир для меня рухнул. Я еле могла передвигаться из-за незаживших до конца травм, но всё равно приходила к тебе по вечерам и разговаривала с тобой, но ты мне не отвечал. Ты был просто серебристой живой массой в колбе.

Шумовский будто наяву почувствовал всю ту боль, которою она пережила… А девушка тем временем продолжала изливать душу:

— Они проводили над тобой серии экспериментов, брали пробы колоний. Им даже удалось вживить их в тело Малютина! Это был крайне опасный шаг, но после того взрыва термоядерной бомбы у главного шлюза он выглядел весьма плачевно. Даже я на его фоне выглядела красавицей. К удивлению доктора, твоя часть колонии нанитов прекрасно прижилась у Малютина, и тот быстро пошёл на поправку. Он теперь такой же как и ты, Денис!

— Я уже в курсе, дорогая, — кивнул он. — Этот козёл намекнул мне о своём чудесном исцелении.

— Костромский разрешил мне работать у него в лаборатории помощником, — Эльгу прорвало. Она в слезах продолжила вываливать наболевшее: — Это спасло меня в момент, когда началось восстание андроидов. Ты не представляешь, какой ад здесь творился. Роботы-уборщики, технические и ремонтные дроны — всё, что находилось под контролем ИИ, в одну секунду обернулось против человечества! Нас спасло лишь то, что в главной лаборатории имелись бронированные боксы. Мы под защитой охраны без потерь пережили восстание машин.

Денис молча обнимал Эльгу и старался не перебивать. Наёмники, стоя в стороне, внимательно следили за ними и тоже слушали рассказ девушки, которая продолжала своё повествование:

— Потом шли долгие месяцы ожидания чуда. Я каждый вечер приходила к тебе и молила тебя вернуться. В ту ночь, когда включилась аварийная сигнализация, я буквально почувствовала, что ты придёшь. Малютин приказал меня схватить и запереть в боксе, а сам стал ожидать твоего прихода. У него моментально созрел план. После непродолжительного совещания с доктором он приказал пропустить тебя. Зря ты согласился, любимый. Это билет в один конец. Я слышала весь их разговор.