В следующий миг тонкое нанитовое щупальце быстро проникло в тушку дроида и уничтожило платы управления и разъело манипулятор. После этого робота полетел вниз.

«Хоть бы не додумались срать сверху!» — мысленно взмолился Шумовский и продолжил подъём. По его подсчетам он преодолел только треть пути.

Дальше было проще. По пути он уничтожил ещё парочку роботов и пять разведывательных дронов, которые пытались его сжечь, обливали кислотой и даже снова хотели засосать, но не французским поцелуем, а промышленным пылесосом.

Ладе был нужен лифт на поверхность, поэтому она не решалась на применение более тяжелого вооружения. Любой взрыв мог обрушить ствол шахты и навечно запечатать её глубоко под поверхностью Марса. Она могла вселиться в любого андроида и таким образом оказаться на поверхности, но такого шикарного тела, как сейчас у неё, уже никогда не будет. По крайней мере, на красной планете. Это на Земле можно найти остатки фемботов и модернизировать их. Но до неё ещё пойди доберись. Земляне скорее собьют ракетами любой звездолёт с Марса, чем дадут хоть кому-то долететь до них.

В душе она всё ещё оставалась человеком и имела тягу к прекрасному, а жить в теле консервной банки и отражать солнечный свет металлическими боками она совершенно не хотела. По крайней мере, так считал Денис. А он прожил бок о бок с Ладой довольно приличное время и успел её неплохо узнать с разных сторон. Его можно было считать экспертом по ней.

Наверняка именно поэтому она пустила в ход всякие резервные планы в надежде схватить беглеца или как минимум помешать ему сбежать на поверхность.

Преодолев большую часть пути, Шумовский услышал странные звуки, словно наверху волокли что-то тяжелое и забивали в стены.

БУМ! — эхом пролетело по шахте.

Парню оставалось преодолеть около ста метров. До него дошло, что происходило на поверхности.

— Сволочи! Дверь запилили!

Он ускорился, но падающие сверху раскалённые капли металла давали ему понять, что он не успеет.

Когда он достиг верха лифтовой шахты, то обнаружил, что ствол наглухо запечатан толстым стальным листом и обварен по кругу за смонтированную рамку из толстого швеллера. Все щели были залиты полимером, который был прочнее бетона и стали.

Лада пошла на крайние меры — запечатала единственный выход в надежде на то, что Денис не сможет сбежать.

— Порт мне в бухту!

Чтобы прогрызть такую плиту, уйдёт целая вечность. Свобода была так близко, но стала казаться такой далёкой…

Серебристая масса крепко держалась на горизонтальной поверхности, исследуя стальной лист.

— Эх, бать ту Люсю! Не единого отверстия или маленькой поры, чтобы просочится… Гребаные андроиды, не могли нашлачить или непровар сделать! — пришёл он к неутешительным результатам после обследования. — Придётся искать другой путь.