В этот момент ко мне бросился ещё один орк. Я не стал сближаться, а снова использовал магию Техносов. Но на этот раз — для другого. Короткое плетение, которое на долю секунды изменило магнитное поле планеты в узком коридоре между мной и целью. Я не просто бросил топор. Я выстрелил им.

Секира, вращаясь, со свистом пролетела через улицу и с хрустом вошла орку точно между глаз. Тот рухнул замертво.

Из носа у меня потекла струйка крови. Тело ныло. Чёртова тушка! Слишком слаба для таких фокусов. Ещё пара бросков — и я просто отключусь. Придётся обходиться старым добрым рукопашным боем.

— Эй! — крикнул я гопникам, которые с ужасом и восторгом одновременно смотрели на происходящее. — Чего вылупились? Хотите заработать? Всё, что снимете с этих тварей — наше. Вам — десять процентов от выручки.

Парни переглянулись. Жадность боролась со страхом.

— А если нас того… — начал было Дылда.

— Да он же их одной левой валит! — прошипел Щербатый.

— Паря, мы в деле! — крикнул Михич.

Кажется, моя демонстрация силы окончательно убедила их. Они с гиканьем выскочили из укрытия и бросились к ближайшему трупу.

Михич, не теряя времени, принялся орудовать ножом, вырезая из оркского снаряжения всё, что могло представлять хоть какую-то ценность.

Дылда, хоть снаружи и выглядел неуклюже, но очень ловко обшаривал карманы поверженного орка, выуживая какие-то блестящие безделушки.

Щербатый подобрал с земли короткий кривой клинок и нервно оглядывался, готовый в любой момент то ли защитить своих дружков, то ли просто дать дёру.

Орки, тем временем, поняли, что лёгкой прогулки не будет. Они перестали носиться по двору, сбиваясь в небольшие группы. Главной их задачей, судя по всему, был захват пленных. Я видел, как один из них тащил за волосы кричащую женщину к порталу.

Пришлось вмешаться.

Следующие несколько минут превратились в кровавый танец. Я двигался быстро, используя всё, что попадалось под руку: подобранную орочью саблю, обломок трубы, даже простые камни. Каждый удар наносил критический урон. Орки падали один за другим, не успевая оказать серьёзного сопротивления.

И тут появился их командир.

Он был голову выше остальных, шире в плечах, а его кожа имела более тёмный, почти коричневый оттенок. Вместо грубой кожи на нём был потрёпанный, но явно качественный доспех из тёмного металла. В руках он сжимал массивный боевой молот, а в глазах горел не звериный, а вполне осмысленный гнев. Он что-то прорычал на своём гортанном языке, но я понял его без труда.

«Ты умрёшь, человечишка!»

Тварь не стала бросаться в слепую атаку. Он медленно пошёл на меня, оценивающе оглядывая поле боя и выискивая слабое место. Я понял, что с этим парнем придётся повозиться.