Отец же потёр ладонью глаза и тяжело вздохнул:

— Хорошо, имя исполнителя тут, в Империи, мы нашли. Но где конкретно его искать, чтобы спросить на счёт заказчика — это неизвестно?

Афанасий развёл руки в стороны:

— Увы, со смертью Хрулёва, эта ниточка, действительно, перерезана.

Тут я не выдержал и поднял руку вверх:

— Поправочка! Ничто ещё не перерезано.

Отец с Афанасием синхронно перевели свои взгляды на меня и после секундной паузы, отец спросил:

— Ты про что?

Я же в ответ лишь усмехнулся:

— Мы знаем, что убийство Хрулёва было сегодня, и если придём на точное место его смерти, то, мне, конечно, придётся попотеть и потратить много времени… — Моя усмешка превратилась в оскал. — Но я смогу верну его с того света, чтобы допросить!

Глава 11

Глава 11

Глава 11

Москва. Кусково. Московская магическая академия. Кабинет ректора. Ректор Московской Магической Академии — Строгов Дмитрий Витальевич.

За столом, заваленным огромными стопами бумаг, сидел мужчина в сером костюме, который, надев на нос очки, писал что-то убористым подчерком в документе что лежал перед ним на столе.

Мужчина выдохнул, почесал подбородок и, обдумав несколько секунд мысль, продолжил писать.

Вдруг, дверь в кабинет со скрипом отворилась, и на пороге показался декан факультета боевой магии — Горлукович Виктор Александрович. Он зашёл внутрь, прикрыл за собой дверь и спросил:

— Дмитрий Витальевич, звали?

Ректор тут же прервался и отложил документ в сторону — на пачку бумаг, заполненных таким же убористым подчерком. Затем, встав из-за стола, подошёл к тумбочке со стоящим на ней чайником:

— Виктор Александрович! Да, есть что обсудить. Вам чай или кофе?

Горлукович махнул рукой:

— Ничего не хочется.

Ректор открыл ящик в тумбочке и достал оттуда вазу с круглыми шоколадными конфетами — в разноцветных обёртках:

— Тогда, может, конфетку?

Декан задумался на секунду и усмехнулся:

— Можно… Но тогда, и чаёк буду.

Он прошёл «знакомой тропой» вглубь кабинета к небольшому журнальному столику и сел на один из четырёх стульев вокруг.

Ректор всегда делал чай или кофе сам и всегда сам угощал своих гостей. Имеется ввиду, дорогих гостей.

Поставив на столик вазочку с конфетами и две кружки, ректор сел напротив декана и громко отхлебнув горячего чая, вздохнул:

— Виктор Александрович, я хотел с Вами поговорить о недавним инциденте… Я понимаю, что Владимир Лесков перешёл черту, потому даже несмотря на его высокое происхождение, мы будем плотно работать над возможностью его отчисления. Я не могу гарантировать результат, но нападение на декана — это перебор. Наша академия такого не может спустить никому.