— Никаких фокусов. Но вы же не думали, что мы отправимся просто так? — он удивился. — Если желаете, считайте меня гарантом того, что по вам никто не ударит.

— Уверены, что из-за вас одного не станут, если император того захочет? — я выгнул бровь.

— Я хотя бы отчасти подчинил иную энергию и ценен при вылазках в другой мир, — без сомнений кивнул Александр. — Как уже говорилось, мы практически справились, но появились вы и нарушили все планы. Теперь лучший вариант — это сотрудничество.

— Или устранение, — я пожал плечами. Нужно будет его как-нибудь сбросить на время, пока займёмся Сильвией: мне неожиданности не нужны. — Принесли то, о чём условились?

— Князья и без того должны оберегать территорию родной страны, — сказал он, тем не менее извлёк из хранилища крупный квадратный ящик. — Уничтожите дэва прямо сейчас и расщепите его дар для усиления?

Я в подтверждение кивнул. Для нас и так пошли на большую уступку.

— По пути займёмся. Сколько у вас ещё пленных? Даже Боря не в курсе.

— К счастью, Потёмкин тоже знает не всё, — Воронцов ушёл от ответа. — Хочешь узнать его условия насчёт его рода?

— Вы их не подпускаете близко и в курсе только верхушка, но их эвакуируют.

— Теперь их приоритетность сильно упала. Потёмкин даже в тех случаях, где сейчас мог бы помочь, отказывается делать это.

Я фыркнул.

— Не пытайтесь нас рассорить. Вместе мы прошли такое, что вам не снилось и в кошмарах. Он не считает нынешний род своим, раз они согласились с рабским положением прежнего главы. Да уже и неважно: Боря ещё сам не решил, что с ними делать. Пока склоняется к тому, чтобы запретить использовать его славную фамилию.

— Это не ему решать, — заметил Воронцов недовольным тоном.

— Верно, он вообще вынужден много сдерживаться.

Воронцов выдохнул, кажется с раздражением от собственного бессилия.

— Держи его под контролем, Державин. Или действительно будешь повинен в уничтожении мира. Оболенские, если тебе интересно, тоже заметно потеряли в приоритетности за то, что проморгали твоё возрождение и эксперименты Меньшиковых. Не было печали…

— Слишком вы самонадеянны, — усмехнулась Сирин, изучающая содержимое ящика. — Не знаю, кто там из небожителей ещё жив, но они не сдались. Если они пока сидят тихо, значит готовятся. Мы можем ждать десятилетиями. То, что для вас половина жизни, для нас допустимый срок подготовки. Если готовили план перехвата Звёзд и нашего уничтожения то, во имя всеобщего блага, откажитесь от него.

— Я и так довольно терпим к потомкам изменника, — согласился я. Отчего лицо Воронцова на мгновение исказила ярость, но он не стал обсуждать этот вопрос. Я же обратил внимание на состав одной из групп. Шуйский привёл Жанну, свою жену, которую мы спасли вместе с ним.