Само поместье находилось на значительном удалении от ближайшего оплота цивилизации, но благодаря спутниковому интернету можно было запросить помощь или сделать заказ. Только ждать его пришлось бы дольше обычного.

Дождавшись, когда риэлтор наконец, свалит вместе с таксистом, я несмело подошел к огромным дверям величественного здания и потянул на себя ручку в виде львиной головы. Ни одна петля не скрипнула, а сами ворота открылись так легко, словно были сделаны из бумаги. На самом деле толщина металла главных дверей напоминала танковую, ибо мое желание укрепить стены дома напоминало манию преследования. Отчасти так и было и не без оснований — у меня хватало врагов, которые могли притащить меня живым или мертвым обратно через полмира, чтобы заявить о своих правах на престол. Так или иначе, но я принял все меры, чтобы никто не помышлял о легкой добыче.

Сам особняк все же поразил меня до глубины души, хотя я не раз видел его убранство на фотографиях. Большая часть выделки осталась нетронутой: рабочие укрепляли стены, но не трогали все остальное. Перила, витражи, скульптуры, небольшой фонтан, огромная люстра и прочие элементы старины остались неприкосновенными. Был переоборудован и усилен крепеж и прочие части. Висевшие на стенах картины изображали различные пейзажики и натюрморты. Лишь на одном был человек, по всей вероятности, мой пропавший предок. Его изображение висело над камином в гостевой комнате. Не скажу, что являлся его копией, но кое-какие черты нас все же роднили.

На скорую руку обойдя особняк и подивившись его виду, я поискал черный ход, чтобы посмотреть на задний двор. К моему удивлению, на двери выхода висел огромный амбарный замок, словно предупреждавший о том, что сюда не стоит соваться. Судя по его виду, никто не вскрывал его уже с полвека, как и саму дверь. Значит, рабочим выход был не нужен или они пользовались другим. И действительно, пройдя чуть дальше, я наткнулся на второй выход, запиравшийся лишь на задвижку.

Никакого сада или фермы тут не было и в помине, как и любой живности. Пара полуразвалившихся сараев, заросшие плодовые деревья и сорняки до пояса. Таково было мое пожелание — ничего не трогать на заднем дворе. Я сам желал все обустроить. Выйдя на улицу, вдохнул свежий воздух полной грудью… и упал, раскинув руки в стороны, прямо на прохладную землю, не боясь испачкать костюм.

— Я свободен! СВО-БО-ОДЕ-ЕН! — закричал я во всю мощь своих легких, не боясь быть никем подслушанным. Так и было. Легкое эхо подхватило мой вопль, да птицы в лесу заверещали сильнее обычного. Впервые за много-много лет на душе было легко и радостно…