Я взглянул на часы — было 15–24.

— Через десять минут самолет Ан-12 врежется в гору у аэропорта Магадана, десять человек экипажа и пассажиров погибнут из-за ошибки пилота и командира воздушного судна — сообщил я. — Можно пока чаю попить, пока сообщение придет — предложил я.

— Как врежется в гору? Чего же ты раньше не сообщил? — возмутился Брежнев.

— Так мне только сейчас эта информация в голову пришла — ответил я. — Я не управляю этим процессом, он достаточно хаотичный.

Брежнев задумался.

— Хорошо, ничего делать не будем, и правда — это тебе просто в голову пришло, и это не основание для поднятия паники. И правда, давайте попьем чаю.

Брежнев по селектору отдал распоряжение, через пять минут занесли чайники и разносы с чашками. Мы приступили к чаепитию, когда на часах у меня стало показывать 15–36, я сказал, что можно позвонить в аэропорт Магадана, узнать, как там обстановка.

— Не спеши, пей чай — сказал Брежнев, задумчиво глядя на меня. Мы закончили чаепитие в 15–45, секретарь унесла чайные принадлежности, Брежнев дал команду своему помощнику связаться с аэропортом Магадана.

Через пять минут после этого зашел помощник Брежнева и подал ему записку.

— Да, Валера, ни за что бы не поверил в такое… Ну ты даешь… Просто высший пилотаж… Разбился самолет Ан-12, как ты и предсказал — сообщил Брежнев. — И это меняет дело в отношении Ближнего Востока. Я изучил твою аналитическую записку и твое предложение, как понимаю, это уже было чисто твое предложение, не связанное с предвидением?

Брежнев ждал ответа на свой вопрос, я после небольшой паузы ответил на него.

— Да, я описал, что может произойти, если в это не вмешиваться и вести прежнюю политику — это и есть предсказание. Любое изменение в нашей политике может изменить результаты этой войны до неузнаваемого. А свои рекомендации я вынес исходя из этой информации. Ваши аналитики могут сделать другие варианты решения проблемы. Я исходил из интересов СССР, а не арабов. — ответил я. — И в этом плане сепаратные переговоры Сирии с Израилем будут ударом по интересам США на Ближнем Востоке.

— Смотрю на тебя Валера и удивляюсь — откуда в восемнадцать лет такая мудрость? Да еще во внешней политике? — произнес Брежнев задумчиво.

— Я все то, что вам записал, прочувствовал во всех подробностях. Арабы думают только о своих интересах. Да и большинство стран мира тоже, в том числе и развивающиеся страны, которые для получения от нас безвозмездной помощи объявляют о социалистическом пути развития, хотя они еще и до феодализма не дошли в своем развитии. Родоплеменной строй у них с социалистическим уклоном — мрачно пошутил я.