— Можно попробовать привязать к кольям поплавки, — подумав, предложил я.
— У меня есть идея получше, — оскалился орк. — И, может быть, мы даже обойдемся без найма ребят.
— Что ты предлагаешь? Надеюсь, не какую-нибудь глупость. Расставаться с трудовыми накоплениями не хочется до зубовного скрежета. Каждая из монет мне досталась просто-таки реками пота.
— Пойдем к рыбакам, — пожал плечами Крот. — Каждый день простоя несет им убытки, да и за сожранных своих, наверное, найдутся желающие поквитаться. Конечно, если сомяру все-таки прибьем, делить награду придется на всех, а я не сильно верю, что парой сожранных колючек его удастся пришибить.
Ах, ну да, как я мог забыть. Все же это не Земля, и местные жители ходят в ближайший лес за добычей так же часто, как мои соотечественники посещают торговые центры. Ну что ж, пусть так. Синица в руке лучше, чем журавль в небе. Сытнее.
— Да и упавшие бревна могут не сработать. — Мне не хотелось оставаться в долгу. — Другое дело, если с нашего мостка десяток-другой злых людей обстреляют его из луков, пусть даже охотничьих, а не боевых. Поодиночке сомяре это — царапины, но вместе может и что-то путное выйти. Но сначала придется сделать приготовления для выполнения уже намеченного плана. А то никого не уговорим прийти и поддержать нас. И надо расположить помост повыше, чтобы монстр до стрелков не допрыгнул.
Глава 2
Глава 2
Последующие три дня напоминали каторгу, то есть из последних нескольких месяцев ничем особенным не выделялись. Разве что работали я и Крот теперь не на чужих людей, а на самих себя, а потому старались как никогда раньше. Бревна купить особых проблем не доставило, уж лесорубов в городе хватало, равно как и разнообразных источников огня, куда кидались поленья. Сложнее было объяснить, что нам нужны не аккуратные чурбачки, а именно здоровенные и всего лишь лишенные веток лесины, причем лучше бы заостренные. Объяснение с работниками пилы и топора вылилось в визит стражников, которые понаблюдали за возводимым над небольшим обрывчиком на самой границе города объектом и дружно пожелали нам не сходить с ума. Впрочем, мешать блюстители закона и не подумали, спасибо и на том.
Крот на рынке подслушал, что за тяжеленную голову сомяры в магистрате обещают целых пятнадцать золотых, и на радостях надрался до зеленых чертей. Уверенность, с которой я взялся за возведение ловушки для рыбы, наполнила его душу предвкушением богатства и, видимо, попутно вытеснила оттуда весь интеллект. Этот гаденыш, пока я возился с разборкой старых лодок на доски, потратил почти все наши оставшиеся деньги, причем не только свои! Пришлось его слегка побить для поднятия рабочего духа и привития чувства ответственности. И даже, несмотря на протестующие вопли и попытки пырнуть меня тут же отнятым и спрятанным подальше ножом, выкупать в находящемся недалеко от реки мелком пруду, сообщающимся с основным водоемом лишь во время половодья. Бедняга орал так, что сомяра не пришел на звук лишь чудом… К своему удивлению, этим поступком я заслужил от полуорка какое-то извращенное уважение, один раз в его речи даже мелькнуло обращение «вождь». Нет, ну откуда в нем что берется, а? Ведь рос же в человеческом городе, а все равно называет чародеев шаманами, а вожаков банд, крупных купцов или иных обладающих силой и властью субъектов вождями. Генетическая память у него проснулась? Или просто самовыражается так?