—А почему Мухоморов не принял титул?

—Ха! Титул не только права, но и обязанности. Перед родом, перед князем. А он утруждаться не хотел.

—А граф Грибницкий значит утруждается?

—Нет. Но тут всё зависит от родичей. Если больше никто на титул не претендует, то можно сразу принять. А если есть другие желающие, то они при попытке вступлении в права могут возражение заявить. Как раз случай Мухоморова. У тебя есть три месяца, чтобы проявить себя, и тогда титул барона твой, — хихикнула дриада.

Я уже снял с себя украшения и распахнул шкаф, надеясь найти более строгую одежду. И первое что заметил, это явно военный мундир с надписью на шевроне «Кадетский корпус».

—А что делать со службой в пятнадцать лет, если учиться надо? — решил уточнить я.

—А ничего. Или учиться, если родичи не против, или уж служить, если титул хотят отобрать. Как в восемнадцать примешь оспариваемый титул, тогда можно уже в отставку выходить и хоть в училище поступать, хоть в университет.

Я заглянул в санузел и обнаружил там огромную ванну, душ и приличной конструкции унитаз. Но прежде чем заняться гигиеническими процедурами, волевым усилием отключил недовольную этим дриаду от органов чувств тела.

—Ты придурок стеснительный, — ворчала она. —Мне же интересно! И девчонку отослал. Сам не хочешь, дай мне попробовать. Не будь эгоистом! Мы вдвоем в этом теле сидим. И я тебе всю память прежнего хозяина готова рассказывать. А ты…

—А что я? Я тебе доступ даю к органам чувств, но не в туалете же. И к девушкам я тебя точно не подпущу.

—А к парням? - хихикнула Ива.

—Что! - чуть не подпрыгнул я. —К ним тем более! Это всё-таки мое тело.

—А я девушка, - упорствовала дриада. —Мне можно.

—Тело мое, и я буду решать, что ему можно, — отрезал я. —И вообще, смени пластинку! А не то выселю.

—Да я и сама могу выселиться. Надо только рядом со свободным золотым буком оказаться. Я в него смогу перейти, и создам себе новое тело. Вот только…

—Что? - поторопил умолкшую девушку я.

—А то! Ты же не обречешь меня на смерть? Мне убийство Грибницкого не простят.

—И что теперь? Ты будешь всегда в моей голове сидеть?

—В нашей голове, Андрей! — веско завила Ива. —Она наша общая. И мы нужны друг другу. Ты управляешь телом, а я знаю его прошлое. И пообещай мне, что не обречешь меня на смерть, иначе я тебе ничего говорить не буду.

—Ладно, обещаю, — пробурчал я, действительно не желая соседке ничего плохого, хоть она и дура, похоже. —Тогда рассказывай.

—И ты рассказывай про то, кто ты есть.

Так и порешили. Я рассказал Иве про покинутую Землю, а она мне про новый мир и про Андрея Мухоморова.