Ива вернулась через полчаса крайне возбужденная и быстро прошептала мне в ухо:

— Последняя запись в журнале на столе такая: «Объект вернулась домой. Свет не включала. Подозреваю, что пьяная.» Ну и время. А журнал называется: «Журнал наблюдения за местом жительства объекта Лягушка». А ещё! Ещё я нашла в кармане куртки удостоверение наблюдательницы! Она младший сержант контрразведки Тверского Царства!

Уже светало, когда мы вернулись в наш дом. Лезть через окно я не пожелал, потому что Ива сказала мне, что все девчонки, включая пленницу, так и сидят в холле. А я еще из коридора услышал оживленную болтовню. На столе стояли сладости, правда в фабричной упаковке, потому что большую часть нашей посуды перебили во время схватки. А еще бутылка вина и чай в разномастных уцелевших чашках.

В общем, вечеринка была в самом разгаре. Хотя при моем явлении болтовня сразу стихла, а я подошел к столу и положил перед Еленой несколько листков из тонкой бумаги с колонками цифр.

Девушка сначала побледнела, а затем тихо сказала:

— Там на полке есть устав Инквизиции. Надо было его захватить. Он ключ.

— Так ты, значит, предательница? — обвиняюще ткнула в понурившуюся лейтенанта пальцем дриада.

— Не предательница, — сразу вскинула голову та, — а шпионка. Я шведка и подданная Гетеборгской унии.

— А нафига шведам шпионка в Тверской инквизиции? — удивилась Вика.

— Все очень просто. Инквизиторы почти не проверяют курсантов училищ. А послужив там, можно легко перевестись уже в ваши спецслужбы без потери в звании.

Она печально посмотрела на принцессу и добавила:

— Прости, что я собиралась вредить твоему царству. Но… Я может и не хотела. В приюте, где я росла, нас немало набрали, как нам исполнилось десять. А своих мозгов-то нет, вот и радовались даже. До пятнадцати я отлично изучила язык и всё что должна знать крестьянская девчонка с окраины Тверского царства. Сейчас я уже жутко боюсь всего этого, но деваться некуда. От меня требуют, чтобы я выслужила минимум капитана и перевелась в разведку или контрразведку.

— Не зря боишься, — вздохнул я. — Ты уже под колпаком.

— Что? — вскинула голову Елена.

— В соседней с тобой квартире живет наблюдатель, хоть и самого низшего ранга. Но из контрразведки.

— Боги! — прошептала несчастная. — То есть сначала бы меня поводили за нос, подсовывая дезинформацию, а затем посадили в тюрьму? Впрочем… Нормальное завершение карьеры большинства шпионов.

Девушка позвенела наручником и вдруг спросила:

— А можно я у вас поживу? Я согласна даже в кандалах. Хоть наручники мне на ноги наденьте, чтобы бегать не могла. Буду по дому всё делать. Тут у вас одни дворяне и маги, а я самая что ни на есть простолюдинка.