А когда я открыл дверь, и мы выбрались в руины моего дома, нас встретили человек двадцать с автоматами и впереди суровая тётка, которая так смотрела на Вику, причем теребя свой ремень, что я сразу понял, что несчастная про то, что её ждет выволочка, совершенно не врала.

Рядом грузили в здоровенный автомобиль раненых поляков, а целые были даже не связаны. Их довольно уважительно уводили в отдельный броневик. Ну да… Игры спецслужб. Чтобы не зажирели.

Меня любезно предложили довезти до Водохлебска, и даже дали время разыскать в развалинах мой арсенал, который в общем не пострадал. А ещё я договорился продать короне шагоход, который должен стоять в лесу. Тот был моим трофеем, но чинить его у меня не было никакого желания. Да и жить в селе, где больше не было особняка, как-то не хотелось.

В городе я поселился в гостинице, не рискуя воспользоваться гостеприимством родственников, а на следующий день сходил в совет родов и с удивлением узнал, что дело о моём наследстве будет рассматриваться уже послезавтра. Сильно раньше срока, но по просьбе семьи Мухоморовых рассмотрение перенесли на более ранний срок, так как месяц туда-сюда вполне допускается.

Я решил всё-таки сходить к родственникам, чтобы взять копии некоторых бумаг, и взглянуть в бесстыжие глаза, которые хотели обдурить меня, просто не предупредив о собрании. Но я ошибся. Никто вину за собой не чувствовал, а даже наоборот, дядя ехидно заявил:

— Мы все уже в курсе, что выделенное тебе в управление село просто прекратило существование. Замечательный результат! Всего месяц, и нет прежде процветавшей собственности семьи.

Я изрядно удивился, как пустынное село на бумаге, которую собирались предъявить в совет, превратилось в «процветавшее и ценную собственность». А когда сходил в совет, и постарался заявить о лжи, то меня не скрываясь уверили, что примут сторону дяди, так что я могу сразу уезжать в Вологду, чтобы не позориться. Ходил я без Ивы, потому что дриада пребывала в отвратительном настроении и высказала мне:

— Ты дурень! Вика такая замечательная, а ты упустил её! Отдай мне тело, и я добьюсь, что она останется с нами. Вали! Разбирайся с убогим баронством, просто так отказавшись от царства.

— Какое царство? — удивлялся я. — Там наследников впереди еще пятеро. Да и не нужно мне всё это!

— Вот именно, что не нужно! Но княжество точно дали бы!

Я списал раздражение Ивы на то, что ей действительно понравилась Вика, но на брак с принцессой замахиваться — это уж совсем. Да и не хочу я жениться.

Но когда я вернулся в номер гостиницы, то застал замечательную картину. На стуле сидела Вика и любовалась как дриада в крошечном бикини танцует на шесте, который изображал стальной штырь, воткнутый прямо в стол.