— Ну.
Девушка смущённо опустила глазки и начала теребить одну из складочек своего живота.
— Да, — сказала она. — На самом деле чувствую.
Чага раскрыл рот и замахал руками. Ну что, сука, понял? Казнить он меня собрался, ага. Я не убийца, Чага. Мои враги живут долго. Долго и мучительно.
— Ну а в таком случае кто я такой, чтобы стоять на пути у двух влюблённых сердец⁉ Всё. Решено. Поженим меня на Бруснике.
— Тихо! — Мохобор поднял руку. — Слишком рано говорить о награде. Сперва испытание. Ты готов?
— Готов, — ответил я.
— Тогда выдвигаемся немедля. Соберите всех мужчин, способных держать в руках оружие! — распорядился Мохобор. — Мало ли что может пойти не так.
— А что может пойти не так? — уточнил я, но не получил ответа; стражники Мохобора взяли меня под руки и повели прочь из избы. — Эй⁉ Что может пойти не так-то⁉
Глава 5 Про казачество и генную инженерию
И снова в путь по тверским буреломам и болотам. И снова путь хрен знает куда.
Я тайком поглядел на экран своего телефона. Связи, конечно же, нет. На часах уже четыре и скоро-скоро мне надо быть у Мутантина. А если и не быть, то хотя бы позвонить и навыёбываться, мол, сосни немытого, барон, не буду я на тебя работать, дурак ты, сволочь и говно. Ну… то есть как-то обозначить свою позицию. В противном же случае моё поведение будут трактовать как страх и слабость. И безответственность ещё.
А мне бы этого очень не хотелось. Репутация Илюхи Прямухина и без того пробила дно, её еще вытаскивать и вытаскивать.
Не, ну а что? А какие у меня сейчас варианты? Драться с клюкволюдами я пока что не готов, а убежать от них — значит заблудиться в чаще и бродить дикарем до тех пор, пока не сдохну от голода и дизентерии.
Значит, пройду испытание и стану избранным. Вооружу своих клюкволюдов, дам отпор Мутантину, восстановлю деревню. Бруснику трахну…
Эх.
Вообще, я заметил одну неприятную закономерность. В этом мире у меня систематически происходят какие-то траблы с отцами. Один запретил дочку трогать, другой разрешил, но с условиями, да притом с какими. Избранным, говорит, стань. Ну нихуя себе, да? На минуточку.
Как-то сложно всё, если честно.
Надо бы найти даму постарше; голодную и без заморочек.
— Здесь, — сказал Мохобор.
Мы остановились на просторной лесной полянке. Листва кругом, ромашки, васильки. Бабочки летают, пчёлки жужукают. А прямо посередь поляны, выбиваясь из всей это летней благодати, стоит какая-то непонятная хреновина: голые стволы деревьев переплелись между собой и образовали что-то наподобие клетки. Высокой клетки, крепкой.
— Р-Р-РААА!!! — донеслось изнутри и деревья содрогнулись.