— Готовьтесь, — поизнёс он десятникам, — и не жалейте болтов.

Но чем дальше Траллен наблюдал, тем выше поднимались его брови. Барон сумел удивить. Огненный шар в глотку, червю явно не понравился, магу удалось найти слабое место твари.

— Видели? По возможности цельтесь прямо ему в пасть, — тут же передал он указание.

А затем червь всей массой врезался в барона и тот, словно кукла, нелепо взмахнув руками, отлетел далеко назад, подкатившись к самой стене.

«Ну вот и всё».

Сотник вздохнул, рефлекторно потянувшись снять с головы шапку, почтить павшего смертью храбрых. Но тот, вдруг, как ни в чём ни бывало, вскочил на ноги, зло отряхиваясь.

— Никак живой⁈ — удивлённо воскликнул кто-то из морпехов, высунувшись в бойницу.

— Силён! — выразил общее мнение другой.

Но тут червь доказал, что он не просто так считается машиной для убийства. Лёд вспучился, разрушив часть стены, и барону пришлось гигантским прыжком уходить в сторону, чтобы не быть съеденным.

Чуть не попав под раздачу сами, морпехи спешно отбежали от повреждённого участка.

Червь неистовствовал, пытаясь достать человека и, казалось, от такого нет спасения, но барон, вдруг, показал такую прыть, что морпехи только успевали поражённо гудеть, — О-о! — и прихопывать себя по коленям, удивляясь очередным кульбитам.

— Чисто блоха, смотри как скачет! — восхищённо произнёс самый старый из морпехов, которого остальные называли не иначе как, — Дед.

Седоусый и седовласый, хоть и крепкий ещё телом, прилично изборождённый морщинами, морпех, за свою более чем тридцатилетнюю службу, повидал всякого, но такое видел впервые.

— Ну даёт!

Момент когда, барон в прыжке вперёд, умудрился сделать тройной кувырок назад и оказаться верхом на черве, на стене был воспринят овациями.

— Шкуру пробил!

А когда блеснула сталь и меч вонзился в тварь, это и вовсе вызвало вздох благоговения.

— Теперь я понимаю, кто такие паладины, — пробормотал Траллен, просто не веря в то, что видел собственными глазами.

Вершина воинского мастерства, недоступная никому из простых смертных. Сила и ловкость помноженные на невероятную скорость и координацию. Барон был неуязвим. И, казалось, играл с червём, буквально танцуя.

— Простите, господин, что я не верил вам, — прикрыв глаза, прошептал сотник, — я и правда, глупец, что сомневался.

— Смотри, смотри, верхом сел, как на лошадь!

Барон и правда, как заправский наездник, оседлал червя и, будто издеваясь над ним, лихо крутил в воздухе рукой, подгоняя и так бешено мотающуюся туда-сюда тварь.

— Ну акробат! — потеребил кончик усов Дед, блестя глазами воскликнул, — ты смотри, что вытворяет!