Дугайцы сумели организовать достаточно большой отряд, не менее полутысячи верховых воинов, в основном, как предположил граф Майен, из графских дружинников и егерей.
— Красиво идут, — прокомментировал Игорь движение врага.
— Чего же красивого-то? — не согласился с командующим Лойм, — как мухи вокруг навозной кучи. Ни строя, ни слаженности движения.
— По такому участку строем не поскачешь, — парировал землянин, — зато, смотри, отваги не меньше, чем слабоумия. Полковник! — обернувшись позвал он командира егерей, — Выводи своих арбалетчиков и лучников.
У бывшего спецназовца всё ещё накануне было расписано как по нотам.
Едва бойцы-пограничники заняли линию обороны перед катапультами, как первые ригасские конники начали кувырком лететь на землю, сбивая соседей и создавая помеху товарищам, скакавшим следом.
В эту образовывающуюся кучу-малу полетели стрелы, ещё более увеличивая сумятицу, а из-за леса начали набирать скорость батальоны кирасир, нацелившиеся во фланг дугайской кавалерии.
Командиры противника поздно заметили приближавшуюся опасность и упустили шанс отступить. Впрочем, такой возможности у них и не оказалось — городская стража не зевала и при появлении гирфельской конницы шустро закрыла ворота.
— Римм, там без тебя разберутся, — остановил граф Приарский своего вассала, собравшегося со своим штабом и эскортом направиться к месту рубки в очередной раз облапошенных ригасцев, — Отсюда лучше наблюдать.
Глава 25
Неудачная вылазка, провал попытки уничтожить катапульты и прекратить обстрел зажигательными снарядами города окончательно сломили у дугайцев волю к сопротивлению.
Из тех шестисот ригасских вояк, что бодро устремились в атаку, никто не смог уйти — больше трети были убиты, остальные попали в плен.
Уже в пятом часу дня защитники Дугая запросили переговоров.
Перекрикиваться со старшим сыном местного владетеля — сам граф, как уже выяснили, находился при герцоге Юме — и городским начальством, забравшимся на стены, точнее, на одну из привратных башен, маршал Приарский не пожелал.
— Лепесток, — Игорь со своими генералами по прежнему находились около площадки метателей, им здесь сразу после отражения атаки разбили шатёр и накрыли возле него стол, — Скачи к полковнику. Пусть скажет дугайцам, чтобы те не орали нам свои пожелания сверху, а присылали сюда переговорщиков. Неприкосновенность посланников я гарантирую. Независимо от исхода нашей беседы. Понял?
Егоров улыбнулся, вспомнив, как в пору его детства две скандальные тётки — одна, баба Клава, жившая в одном с ним подъезде этажом ниже, другая, тётя Шура из соседнего — устраивали долгие и громкие перебранки между собой, выходя на балконы. Весь двор слушал и радовался. Не уподобляться же, и в самом деле, им? Правда, сейчас Игорь почему-то вспомнил обоих с неожиданной теплотой. На самом ведь деле хорошие женщины были, любили соседей угощать урожаями со своих шести дачных соток.